Скачать бесплатные электронные книги http://www.electrobook.ru

«Родину любят не за то, что она велика, а за то что она своя.»

Сенека, римский писатель, философ (65 н.э.)

В процессе изучения родовых связей выяснилось, что самой большой ветвью в генеалогическом дереве является фамилия Шмаковы. Шмаковы это линия моей бабушки. Все наши Шмаковы вышли из села Марково Покровского уезда. Село Марково – это село одной улицы, и как раньше говаривали, с одной стороны улицы жили Шмаковы, а с другой Гусевы, т.е. явный намек на численность обоих фамилий, если учитывать, что длина улицы километра три.

В 1939 году в селе случился большой пожар, как утверждают, сгорело около 200 дворов. В этом пожаре пострадала семья моей бабушки, потеряв практически все свое имущество. Поэтому семье пришлось перебраться в город Покров, т.к. работы в селе не было, а кормить семью надо. Село Марково находится километрах в восьми от г. Покров.

В дальнейшем, вся история семьи связана с г. Покров. Прадед Шмаков Василий Егорович со своими сыновьями Сергеем, Николаем и Иваном ушли на фронт, с которого прадед не вернулся. Он пропал без вести в сентябре 1942 года.Предположительно в районе г.Ржев.

В г. Покрове сыграли свадьбу мои бабушка с дедушкой, здесь же в единственной горбольнице родился мой папа. В Покрове и в настоящее время живут многие мои кровные родственники.

Мне очень нравится город Покров. Думаю, познакомившись с историческим материалом о городе Покров, который я здесь привожу, вы согласитесь, что он за свою многовековую историю заслужил уважение.

Герб города Покров. Утвержден 16 августа 1781 г. Описание герба: "В верхней части щита герб Владимирский. В нижней - в синем поле две выходящие из облака руки, держащие золотой покров".

Код ОКАТО: 17246520

Основан: 17 в.

Город с: 1778

Город районного подчинения (Петушинский р-н, Владимирская область)

Телефонный код (справочный телефон)

49243***** -

Отклонение от московского времени, часы: 0

Географическая широта: 55°55'

Географическая долгота: 39°11'

Численность населения по годам (тыс. жит)

1897 2.9 1926 2.7 1959 6.8 1970 10

1979 14.6 1989 15.9 1992 16.4 1996 16.6

1998 16.6 2000 16.3 2001 16.1 2003 15.9

2005 15.6 2006 15.6 2007 15.6 2008 15.7

Город Покров.

Этот город образовался из села того же названия, расположенного на небольшой речке Шитка. В древности на месте Покрова существовал мужской монастырь, первое упоминание о котором относит к 1506 году. В Писцовых книга Переславля-Залесского (1628-1631 годах) монастырь отмечен под названием Антоннева пустынь с церковью Покрова Пресвятой Богородицы и с приделом Святого Сименона.

"… в слободе показано 3 дома церковного причта, 4 двора сложных людей, 7 дворов детенышей с 20 человек, 17 дворов бобыльских, людей в них 34 человека и 6 дворов пустых… В 1639 году в той под монастырской слободке был 51 двор, с которых по окладной книге Большого Дворца шло оброку 32 рубля 24 алт. С деньгой. В моровое поветрие (1654 год) многие померли, в 1672 году погорели, и 1673 году было на лицо 34 двора, в 1677 году 12 дворов крестьянских и 24 бобыльских, в них 106 человек…".

В исходе XVII столетия Антоннева пустынь прекратила свое существование, и ее каменная церковь, построенная до 1679 года, была обращена в приходскую. Но в 1708-1710 годах на острове Вяцкого озера возник новый монастырь - Островско-Введенская пустынь, где сейчас, после долгого небытия во время советской власти, возродился монастырь, но уже женский.

Село Покров находилось на большой Московско-Владимирской дороге, примерно на полпути между старой и новой столицами Русского государства. Это и обусловило его развитие прежде всего как торгового, перевалочного пункта, где заканчивался конный пробег, где ночевали, кормили лошадей, запасались необходимым в пути. Радищев, Багратион, Пушкин, Герцен и многие другие знаменитые и просто путешествующие останавливались в Покрове, в его многочисленных заезжих и постоялых дворах. Издавна село славилось ямщиками, кузнецами, обслуживающими путников. Сама царица Екатерина II, по преданию, оценила работу местных кузнецов, подарив им луга у реки Киржач, до сих пор именуемые царскими.

Славилась Покровская округа гончарами да ткачами, рыболовами да охотниками, серебренных, золотых дел мастерами, а особо плотниками, прозванными аргунами по-старинному названию волости, куда входило село, и которые "не только избы строили, но и царские палаты украшали".

В 1768 году здесь побывал академик Императорской академии Паллас, который называет Покров большим государственным селом. Он так описывает этот край: "… В сем малом расстоянии находятся много деревень, и земля везде, не смотря на песчаную почву, наполнена пашнями. Но здесь сеют по большей части овес, лен и гречу, которую и при малом утучнении хорошо урожаются на тощей почве, и сей товар продают…".

В книге "Городские поселения в Российской империи" о Покрове написано следующие: "1778 сентября 1. Повелено образовать Владимирское наместничество…, составив сие наместничество из четырнадцати уездов, в том числе Покровского, в следствии чего село Покров ведомства Коллегии экономии переименовать городом. При издании штата Владимирской губернии… Покров оставлен уездным городом сей губернии".

Герб города Покрова утвержден 16 августа 1781 года. Изображении его: в верхней части щита герб губернского города, а в нижней части - в синем поле две из облак руки, держащие золотой Покров, означающие имя сего города. С этого же времени город стал застраиваться уже по плану, сформированному в 1788 и в 1826 годах. Разумная и четкая планировка соблюдается городскими властями и в наши дни.

Для заведования городским хозяйством и делами общественными и судебными в Покрове устроены:

Государственная Дума;
Магистрат;
Сиротский суд;
Словесный суд;
Квартирная комиссия;
Городское депутатское собрание.

Население города: мужского пола - 1255, женского - 1611. По исчислению, произведенному при городской съемке, городу Покрову принадлежало земли 955 десятин 156 сажень; в том числе находится внутри городской черты 92 десятин 1185 сажень; вне городской черты 448 десятин 377 сажень; в шести особых пустошах 414 десятин 994 сажень.

По переписи 1897 года жителей 2925 (1369 мужчин и 1556 женщин), одна православная Церковь, городское мужское 2-классное училище, церковно-приходская школа. Больница, аптека, богадельня при церкви на 12 человек. Книжная лавка, лавка, библиотека, общественное Собрание. В 1894 году городских доходов получено 19459 рублей, в том числе на учебную часть 3251 рубль (более пятой части всех расходов!). Огороды, производящие главным образом капусту, картофель и огурцы. Фабрик и заводов семь с производством на 15184 рублей. Две сберегательные кассы.

В начале XX века "маленький город Покров, заключающий… не более 4000 жителей, является, однако, административным центром большого и богатого по фабричной промышленности уезда (добавим: второго в России после Шуйского, с площадью 3962,5 кв. версты), лежащего при том в самом центре Европейской России, в ста верстах от Москвы…; богатейшее Земство, высоко поставленное в уезде дело народного образования, органы народного здравия народного хозяйства… Малый сам по себе, Покров велик, как глава уезда, как узел, в котором сходятся нити, направляющие развитие благосостояние многолюдной области", - писал в своей книге директор Покровских гимназий А. В. Захаров, который оставил о себе в городе светлую память замечательного педагога, демократа, просветителя. В конце XIX, в начале XX века открылись гимназии в Орехово-Зуеве, Киржаче, Покрове, в уезде 60 земских училищ, 9 начальных училищ министерства народного посвящения, 30 церковно-приходских школ, 20 школ грамоты. В уезде 65 приходов, при чем некоторые из них имеют по два и более храмов, в деревнях много часовен.

В 1897 году в уезде 155536 жителей. Хлебопашество, огородничество продолжают быть развитыми в уезде. Пчеловодов около 500. один из лучших пчеловодов в России Петр Митин. Лошадей в уезде 16253, рогатого скота 30328 голов (то есть на каждые 5 человек по корове), овец 30328, свиней 2475, коз 5. Земледелие не составляло главного заработка населения. Хлебопашеством занимались, в большинстве случаев, остающиеся в деревнях женское население, тогда как мужчины почти поголовно уходили на отхожие промыслы.

При хорошо развитом сельском хозяйстве, уезд отличался своей мощной промышленностью. Бумажно-ткацкие, шёлковые, суконные, гончарные, фарфорово-фаянсовые, медно-латунные, железоделательные, стеклянно хрустальные, кирпичные и множество других заводов и фабрик, всего около 150 крупных предприятий и большое количество мелких кустарных производств в уезде.

После революции процветающий уезд упраздняют, соединяют и разъединяют, укрупняют и разукрупняют. Число жителей в Покрове уменьшилось к середине ХХ века до трёх тысяч. Революции, войны, репрессии, обрушившиеся на Россию, перепахали веками накопленные традиции, быт, уклад, трудовые отношения и хозяйство в округе. В Покрове два промышленных предприятия: Пищевой комбинат и инвалидная артель "Чулочник", ставшая потом фабрикой "Искра". Город в основном одноэтажный. По-прежнему украшают его лишь здания дореволюционной постройки: административное екатерининских времён, бывшее Земство, Казначейство, две гимназии, больница и церковь Покрова Пресвятой Богородицы. Величественный Троицкий собор, кладбище, где захоронены герои Бородина, варварски были разрушены при советской власти.

Оживилась городская жизнь с появлением в Покрове единственного в стране Всесоюзного, ныне Всероссийского НИИ ветеринарной вирусологии и микробиологии в паре с заводом биопрепаратов. В связи с этим появилась мощная база стройиндустрии - трест "Покровсельстрой". Местный краевед, художник, поэт, В.В.Ястребов пишет о Покрове:

"Город строителей, город учёных.

В славном ряду небольших городов"

Покров заметно вырос, появились два микрорайона с пятиэтажными домами, население увеличилось.

В наше непростое время в городе "не упало" не одно предприятие. АО "Фонд милиции РОСМ", ООО "Ранова-Покрова", АО "Элесан", АО "Баской и К'" , единственное во Владимирской области иностранное предприятие шоколадная фабрика "Штольверк-Рус", а всего 200 предприятий малого и среднего бизнеса на 18 тысяч населения дают работу покровчанам, позволяют городу не только выживать, а получать задел для дальнейшего развития. У строителей пошел процесс реанимации: строят два жилых микрорайона для работников РАО "Газпром". В городе строится дом ЖСК, автостанция, рынок, который, может быть , вернет городу былую славу ярмарочного центра Построены теплые автобусные остановки, совмещенные с уютными торговыми павильонами, спортзал, введены в действия гастроэнтерологический и диагностический корпуса больницы И,самое важное сейчас: в городе есть тепло, свет, газ, вода.

Четвертая тысяча квартир переводится на пользование природным газом. На городском бюджете находятся областной детский дом, три общеобразовательные школы, школа-сад, больница, детские сады, учреждения культуры. В городе без задержек бюджетники получают зарплату, дотации выплаты на детей, власть по силе возможности помогает инвалидам, малообеспеченным, дети в школах получают бесплатное питание.

Даже в трудные годы Покров был культурным центром всей округи. В городе устраиваются яркие светские, православные праздники, работают Детская школы искусств, Дом детского и юношеского творчества, Дом культуры, две библиотеки, детский клуб "Орленок", музей, стадион.

Живет в Покрове семья талантливых - иконописцев Осипенко" из древнего рода князей Углицких. Их руками написаны тысячи икон, а более чем 40 городах и селах России, выставки их икон устраивались в Москве более 10-ти раз.

В городе работают общественные организации ветеранов войны я груда, инвалидов, общество "Зеленый мир". При Покровской церкви - воскресная школа, создается библиотека.

Испокон веков труженики великие, воины, защитники народные жили в крае покровском. Это А.В. Суворов, А.С. Грибоедов, Воронцовы, Поливановы, Голицыны, Прозоровские, декабристы Трубецкой, Басаргин, братья Калошины, благотворителя и меценаты Зимины, Морозовы, Карповы, просветители Сабашниковы, трудились здесь историк Ключевский , художник Левитан. Покровчане гордятся своими земляками, сражавшимися и на Куликовом поле, с польско-шведскими и французскими захватчиками. Во время Великой Отечественной войны 20 тысяч ушли на фронт, более половины из них не вернулись. Покровский край (ныне Петушинский район) вырастил семь героев Советского Союза.

Как в капле воды отразилась история Отечества в судьбе нашего малого города, и пусть этот город продолжает охранять Покров Божьей Матери, как это было уже 220 лет И пусть подвигнет; он нас на доброту, труд, творчество во благо родного города, родной Владимирщины, России.

Полное собрание Законов Российской Империи.

Том ХХ

С 1775 по 1780.

ОТ № 14233 до 15105

Санкт-Петербург 1830

Царствование Государыни Императрицы Екатерины II

14787. Сентябрь 1. Именной, данный Сенату. Об учреждении Владимирского Наместничества.

Всемилостивейше повелеваем нашему Генералу и Володимерскому Генерал-губернатору Графу Воронцову, по изданным от нас седьмой день Ноября прошлого 1775 года учреждениям для управления Губернии Империи Нашей, исполнить в Декабре месяце настоящего года равномерно и в Володимерской губернии, составя сие Наместничество из 14 уездов, а именно: Володимерского, Суздальского, Переславль Залесского, Юрьев польского, Шуйского, Муромского, Гороховского, Маленковского, Киржачского, Покровского, Судогскаго, Ковровского, Вязниковского, и Александровского. Вследствие чего, переименовать городами: село Маленки, ведомства коллегии Экономии село Киржач и Селиванову гору под одним первым именем, Покров, Судогду и Ковров, Государственную слободу Вязники, и ведомства Дворцовой Конюшенной Канцелярии и Коллегии Экономии Александровскую Слободу, назвав онную Александров; назначение же границ сего Наместничества с прикосновенными предоставляем на соглашение Генерал-Губернаторов и правящих эту должность, о котором, так как и о числе душ, сколько от куда приписано, или к другим отчислено будет, имеют они донести Нашему Сенату.

Некоторые исследования по топонимике Покровского края.

Нам с детства и до конца жизни дорого и мило сердцу все то, что окружает нас на нашей малой Родине. Ласкают наши слух и чувства названия озер и прудов, речушек и ручьев, деревень и сел, проулков и околиц. Эти названия несут в себе исторические сведения, образность, меткость и красоту нашего русского языка, легенды и были, рассказывающие о жизни наших предков, являются уникальными памятниками нашей старины.

Некоторые населенные пункты Покровского края упоминаются очень давно. В списке сел и деревень, существовавших во времена Грозного упоминаются Санино, Елешово (вероятно, Телешове), Русаново, Мячково. ("Переславль - Залесский. Его прошлое и настоящее." М.Н. Смирнов. Москва. 1911 г.). В этой книге приводится текст жалобы жителей села Ирково (вероятно, Ирошниково) Лжедмитрию, где они рассказывают об ужасах нашествия его войск в наш край.

В "Топографическом описании Владимирской Губернии, составленной в 1784 г." в уезде 336 селений. Кстати по этим данным в уезд входило село Черкутино - родина М.М. Сперанского - русского государственного деятеля начала XIX века. В середине 19 века - уже 430 поселений.

Если сравнивать списки населенных мест, то очевидно, что столетиями не менялись их названия, не исчезали с лица земли, а наоборот появлялись в уезде новые поселения. Небольшие изменения происходили в названиях сел и деревень: Латиберово - Латиброво - Лакиброво, Песоцкий ям - Пекоцкий ям -Пекша, Васильково - Васильки, Совец - Осовец, Шхомова сторона -Пахомово, Денисова сторона - Денисове, Зиновково (Липня тож) - Липна, Тельяково - Тельвяково, Обросово (Васенино тож) - Обросово, Амутищи -Омутищи, Кибергино - Кибирево, Яковлеве (Гостец) - Гостец.

В XX веке картина резко меняется. Исчезли с лица земли сотни сел и деревень в Покровском уезде. Вслушайтесь только в название некоторых из них, попытайтесь проникнуться их поэзией и красотой: Братонеж и Любимеж, Запажье и Кумашь, Никола, что в Пустом поле и Александрова Новая -Мележа, Новофроловское - Князья и Савкинский выселок - Каменка, Скуманиха, Скородумка, Татьяниха, Ульяниха ... Каждый уголок уезда был освоен нашими предками, причем великим трудом, за столетия, и так бездумно, варварски был разрушен труд, быт, традиции и уклад жизни.

Вспоминаю слова бабушки (Петрова Е.С.): "Хованщина, да Рязанщина, Коробовщина да Покровщина - все наши края!" Я тогда думала, что бабушка имеет ввиду под Рязанщиной близко к Покровскому уезду прилегающие земли Рязанской области. Но, оказывается, Рязанщина была на нашей Покровской земле. Во Владимирских губернских ведомостях за 1855 год при описании Покровского уезда читаем: "И юго-востоку близ Рязанской губернии и Судогодской округи, в казенной оброчной пустыни под названием Рождества Иоанна Крестителя находится место, в древности монастырь под сим же наименованием, и в нем был построен дворец князей Рязанских, от коего теперь ничего не осталось, кроме признаков бывших погребов; и как оное место окружено топкими болотами, то оно и служило Князьям Рязанским убежищем во время военных обстоятельств." (В этих местах, кстати, находится загадочное место - урочище под названием Шушмор. Там древняя каменная полусфера, вероятно, языческое капище. В этих местах исчезали и пешие, и конные, и всадники и целые обозы. Вероятно, поэтому и утратила свое значение дорога из наших мест в Рязанщину. Но продолжаю цитировать Владимирские губернские ведомости: "В той же округе близ села Совца есть признаки остатков древнего укрепления в земляных валах. В сем же уезде в окружностях села Воскресенского от деревень Больших Горок и другой Головиной и Быниной… и до деревни Афинеевой в длину 20, а в поперечнике 12 верст, все означенное место и по ныне еще именуется Хованью, из чего и можно заключить, что оное в древности принадлежало Князьям Хованским". Коробовщина находится на………………… севере Покровского уезда.

Хочется вернуться к очень близкому нам понятию, к имени нашего города - Покров. Легенда о том, что Екатерина II увидела снежный покров и назвала так город, до сих пор жива. Конечно, это неверно, так как и до нее, село называлось Покровское. Учительница географии в антирелигиозном усердии в советские времена утверждала, что монахи Антониевой пустыни покрывали разбой на дороге Владимирке, прятали разбойников в монастыре. Совершенно противоположное, и, вероятно, близкое к истине толкование давали старые жители Покрова. В монастыре укрылся, нашел кров купец, спасающийся от напавших разбойников, и в благодарность построил в пустыни церковь Покрова Пресвятой Богородицы. И еще одно предание: из пожарища при нашествии войск Лжедмитрия чудом была обретена невредимой икона Покрова Пресвятой Богородицы.

В независимости от того, верны ли эти две легенды, совершенно ясно, что Покров носит свое название по Покровской церкви. И раз город носит такое православное имя, склонять его мы должны соответственно: мы живем в Покрове (с ударением на е), а не в Покрове (с ударением на второе о).

В Покровском уезде, было пять поселений с таким же именем: город Покров, Покров - Сеньга, Покров - Пенья (там чудом явилась икона Покровской Божьей Матери среди пней), Покров на Вольге, и Покровка близ поселения Зиновьеве.

Первая улица Покрова называлась Слободка (подмонастырская слобода). Русские слова и слобода и свобода не просто похожи по звучанию: слободские жители в отличие от посадского люда находились в привилегированном положении. В Покрове долго был интересный обычай: даже если покровчанин жил в центре города, выходя со двора в магазин или по делам, он говорил: "Пошел в город". Это отзвуки той поры, когда рядом со слободой появился посад, город.

Сейчас в Покрове восстановлены старые названия улиц, повешены таблички рядом с современными названиями.

Большая Московская (такая улица есть и во Владимире) имеет совершенно понятное происхождение. Третья улица Покрова - Ивановская, она существовала уже в XVIII-ом веке. Я думаю, что ее назвали так потому, что в восточной ее части издревле были лавы и дорога Под -Ивань, т.е. в село Ивановское - Прозоровское. За ней следующая улица - Александровская.

Всего вероятнее, в честь Александра 1 после войны с Наполеоном. Название улицы Дворянской тоже понятно. После революции добротные дворянские дома были большей частью разобраны и увезены в Подмосковье на дачи красным генералам. Были в Покрове две Мещанские улицы, их, вероятнее всего, в первые годы советской власти назвали Луговыми, а уже потом, в эпоху массовых переименований назвали Пролетарскими. Улица Карла Либкнехта имела три названия: центральная часть по собору - Троицкая; южная часть -Гора Пожарка (по пожарной части, сделанной главой города Ф.Н. Колчиным на свои средства); северная часть - Пески, которая была действительно покрыта толстым слоем желтого песка, а когда-то и слоем сажи от десятка кузниц, стоявших здесь. На железнодорожную станцию вел Вокзальный проезд, мощеный камнями, а кое-где врытыми в землю пнями. В Покрове где-то был Баскаков переулок. Род Баскаковых знал, что они в этих местах были баскаками - сборщиками налогов в 13 веке, в то время как сам город упоминается только с 16 века.

Братья Зубовы И.П. и В.П. имели два кирпичных завода. То место, где они брали глину, покровчане до сих пор называют Ямки. Во время войны на Ямках готовились к боевым действиям курсанты, солдаты.

Между Покровом и Черным озером находятся сейчас картофельные поля горожан, которые до сих пор называются Беляевскими огородами. Там видны до сих пор остатки дома огородника Беляева. Овощи он и другие огородники отправляли в Москву, Орехово-Зуево. У Владимира Солоухина во "Владимирских проселках" дед из села Воскресенье рассказывал о том, что богатые отходники-плотники не держали в деревнях огороды, "...картошку, лук, огурцы и прочий овощь возили из Покрова с базара".

С усмешкой рассказывали старики, почему гора к северу от Покрова называется Ваторкой. Когда-то ехавшие со стороны Кольчугина, Киржача, Александрова путники на лесистой горе перед Покровом останавливались по нужде. И был в Покрове начальник из немцев, решил обустроить это дело: построил на спуске с горы ватерклозет. С этого неблагозвучного слова и носит свое название наша любимая Ваторка, кормившая целый город грибами и ягодами.

Дыркин лес к югу от Покрова носит, вероятно, такое название от того, что он растет на болотце, он всегда был редким, "дырявым". Есть второй вариант: там делали "дырки" - копали песок для стеклянного бутылочного завода, стоявшего где-то рядом.

На Гурлев овраг ходила покровская молодежь за ландышами. Он мрачный, темный, там сразу вспоминались преданья о разбойниках, прятавшихся когда-то в нем. По легенде разбойники убили там человека с фамилией Гурлев.

Наши Святые озера в окрестностях Покрова тоже интересны с точки зрения топонимики. Белое или Беленькое озеро в пос. Введенском носит такое название по цвету воды. В отличие от трех других озер, которые питаются целебным, торфяным, темным настоем из ручьев, текущих с болот, в Белом озере была всегда "...вода, что слеза.". По преданию в нем утонула церковь. Но сведений о том, что там была церковь, нигде нет. Вполне возможно, что стоявшая там часовня оказалась в воде тогда, когда озеро в очередной раз уходило, исчезало в карстовых промоинах, а потом опять наполнялось и заливало всю низину. Цикличность таких явлений, примерно, 20 -30 лет.

Введенское озеро ранее было Вяцким, причем в старых книгах даются разные варианты происхождения этого слова: Сеятское от слова святой, Вятское от названия народа вятичей, Вязкое от слова вязнуть. В "Статистическом описании Покровской округи, составленном в 1815 году" озеро называется Вятерево.

Есть рядом с Покровом Круглое озеро совершенно правильной формы. Старики рассказывали, что вокруг озера были колеи от колен людей, обползавших озеро, молящихся о здоровье и благополучии.

Черное озеро своим разбойничьим прошлым как бы выбивается из череды Святых озер. Но недавно я узнала, что и там когда-то стояла церковь. Оно подковой располагалось вокруг острова (сейчас полуостров), имело два названия Ланское и, будто бы, Шитское (от разбойничьего "шито-крыто"). Как рассказывали старики, в предреволюционные годы "отцы города" решили, что наше прекрасное озеро не должно иметь разбойничье название и переименовали его в Черное. Но в Списках населенных местностей Российской империи, составленных в 1863 г. озеро называлось Черным. В воспоминаниях жителя деревни Киржач Королькова А. есть такое объяснение: войска Лжедмитрия осадили остров, перебили скрывающихся там жителей, а живых утопили. Сосновый бор сгорел, осталось черное пепелище, отсюда - Черный остров, Черное озеро. Из этого следует, что свое название Черное озеро носит издревле, а Шитским называется озеро при устье Шитки (Перепечинское).

О названии Вольга писалось много. Варианты его: Воля, Воюшка, Волюшка, Волешка, Волекша (можеть быть от слова волок, т.е. волокли ладьи, спрямляя путь, обходя завалы, как это делали и мы в байдарочных походах). Но, всего вероятнее, это не одна, а три речки. Самая крупная из них Вольга, впадающая в Клязьму. На карте Петушинского района есть река Волешка, впадающая в Шередарь. Жители Головина имеют на ней покосы и называют ее Воюшка. Село Ирошниково в одних списках стоит на реке Волешке, в других на реке Вомине. О третьей реке Воле пишет естествоиспытатель екатерининских времен Петр Симон Паллас: "…недалеко от Покрова протекающая река Воля делает залив или озеро с островом, на котором находится Введенская пустынь, имеющая наиприятнейшее положение в свете." А Вольга протекает в трех километрах от этого места, значить Воля - это речушка с близким названием, вытекающая из болот и по пути образовавшая этот залив с монастырем на острове. Теперь речка Воля, вероятно, стала безымянным ручейком.

О названии деревни Костино тоже уже писали не раз. В подтверждение даю отрывок из воспоминаний Н.И. Костина: "Один из предков был егерем в помещичьей псарне, жил в охотничьей сторожке, которую называли Костинской или местом на костях, т.к. собак кормили костями, где их и было большое скоплени… помещик сделал выселок у Костинской сторожки и торжественно освятил или Воскресенским или Вознесенским. Но в народе это имя не привилось, и называли его Костино, а позже было внесено изменение и официальные бумаги".

В воспоминаниях жителя деревни Филино есть объяснение о названиях деревень: Неугодово (неугодных барин Воронцов туда ссылал), Поломы (ссылали тех, кто ломал барское добро), Мышлино (за мысли, т.е. инакомыслие), Пахомово, Матренино, Подвязново (за незаконное сожительство высекли Пахома и Матрену под вязами). Вряд ли верны эти объяснения, но они имеют право на существование, по-своему рассказывая о крепостной России.

Вот еще его одно объяснение: "крестьяне издалека возили лес, то место стали называть Дровново. Лес же вокруг дворца Воронцов запретил изводить ни для крестьян, ни для дворца… Управляющий Листратка (так звали его крестьяне) давал отрез материи за ведро майских жуков, пожирающих леса… В деревне, где я живу (Филино), позади полуразрушенной варварски социализмом часовни непроходимые овраги со знаменитыми ключами, родниками кристальной чистой ледовой воды. Недаром до 1957 года наш Филинский колхоз назывался "Родник". Этот овраг с зарослями называют до сих пор "Уразы" (по-татарски, что-то или знаменательный день, или кушанье, или веселье). Когда-то татары, а потом колхозники ставили здесь большие котлы со свежим мясом и варили из родниковой воды суп… Моя бабушка на Уразах - шеф-повар (Д.А. Латышова)… перед едой шли на ручей, где хлестал родник осенить себя крестом и испить Святой воды…" Он же пишет о местечке "Лагерка", предполагая, что там был лагерь русских солдат времен войны с Наполеоном. Я думаю, что это название могло остаться и с последней войны с фашистами. Такая же "Лагерка" есть и у Головина, где в землянках жили пленные немцы.

Недалеко от Головина есть излучина Вольги. Долго находились там остатки водяной мельницы, чуть дальше место под названием "Колокол". Это название появилось, видно, в 30-ые годы, когда разрушали Головинскую Троицкую церковь и сбросили туда разбитые колокола. Подтверждением этому являются осколки колоколов, которые находили там ребята и которые находятся сейчас в Покровском музее. Один из осколков, похоже, не от колокола, а от церковных врат. Головинцы при этом вспоминали предание о том, что здесь спрятали татары- монголы Золотые ворота Владимира, но такое же предание хранят и жители Омутищ, и жители Хмелева - Фуниковой горы.

В походе в деревне Русаново мы узнали от старых жителей, что крестьян когда-то барин проиграл в карты, их новый хозяин поселил в чистом поле, где видимо-невидимо было зайцев - русаков. В Шиботово барин Шиботов тоже проиграл в карты крестьян, разорился и уехал в Санкт- Петербург (воспоминание Б.Н. Алексеева).

Рядом с деревней Вялово есть удивительное место: очень правильной круглой формы остров среди болот с вековыми соснами, с черникой и брусникой, а в двух шагах от берега с клюквой и гонобобелем. Жители очень любят это место и говорят про него так: "Пойдем на Красно". "… при проезде через деревянный мост на реке Киржач у кареты Екатерины II поломался возок. Местные кузнецы - умельцы быстро его отремонтировали. В знак благодарности она дала кузнецам по золотому, а ямщикам подарила луга, которые по сей день называют Ямщицкими".

Масляные Горочки называют так потому, что там была маслобойня. Будто бы там и горчичное масло делали для баранок, которые поставляли к царскому столу (Из воспоминаний Максимовой В.И.).

Лесные сторожки тоже имели свое название: Верина, Махова, Мухари… Не доезжая деревни Мячиково до сих пор есть местечко Кордон - жилище лесника. Некоторые названия можно объяснить и в поселке Городищи. Ходило "к медведям за ягодами", - там стояла сосна с лапами, похожая на медведя. Место между станцией Усад и клязьменским мостом называется Фаянка. Там стояла первая ткацкая фабрика Морозовых, где управляющим был Фаянов или Фаянцев.

В этом сообщении я постаралась передать сведения, полученные мною от старых жителей нашего края и переданные, в свою очередь, им от их дедов и прадедов. Даже если их толкование наших топонимов не научны и наивны, они имеют право быть, т.к. это память народная о той жизни, которая уже ушла и не вернется более. Занимаясь этой темой, я поняла, что нам необходим топонимический словарь Покровского края. Надеемся на помощь покровчан в этом важном деле, ждем от них воспоминаний.

Директор Краеведческого музея города Покров.

Антониева пустынь

В 2003 году город отметит свое 225-летие. Это важная дата в нашей истории. Но есть еще и не менее важная дата-время появления Антониевой пустыни, т.е. поселения, ставшего потом городом Покров. Сколько же лет нашему поселению? Где зародился город, где располагалась Антониева пустынь (Антонов монастырь)? Почему она так названа? Какая она была? Попробуем ответить на эти и другие вопросы, думаю, небезынтересные для покровчан.

Прежде всего, надо понять, что наши прародители жили здесь тысячи лет тому назад. Свидетельство этому экспонаты музея, пришедшие к нам из времен еще первобытных людей: каменные топоры, осколки керамики и глиняной посуды, наконечники стрел и копий, найденные в наших местах. Но эти тысячелетия жизни наших предков, к сожалению, не зафиксированы в документах, не датированы. Первая дата в летописях или в других источниках, относящаяся к данному поселению, и считается датой его рождения, точкой отсчета его существования. Этот первоисточник для нас - писцовые книги Переславля-Залесского. Их использовал П. Строев в книге "Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской церкви" (Санкт-Петербург, 1877 г.). Павел Строев, ординарный академик императорской академии наук, член археографического общества пишет: "Я начал приводить в порядок хронологические списки епархиальных владык и настоятелей монастырей от времен древних до начала XVII столетия". В главе XXII - описание Владимирской епархии (учреждена в 1215 году). Среди монастырей под номером 50 числится Антониева пустынь.

Эту небольшую запись даю целиком, немного изменив старинное написание:

"Антоновский, в городе Покрове, в 1679 приписан к дому патриаршему, существовал в начале 18 века(VI, 944.) Игум Варлаам, 1643. Покровского Антонова, в Аргуновской волости:

Игум Елиссей, 1506-1516.

Феогност, 1527.

Строит Сергий, 1634.

Покровского, (в городе Покрове, какого?):

Игум Авксентий, 14 авг. 1761 перев. из Вязниковского Благовещенского.

Игумен Харлампий 10 сентября 1761 года переведён в Вязниковский Благовещенский. Покровского на Богоне, упоминается, при митрополите Всероссийском Ионе:

Игум Лев 1461-73.

Константин, 1524.

Один ли этот монастырь или разные? "На большей Владимирской дороге" т.е., где Покров. Переяславского Залесского Покровского, домового патриаршего, строит. Иона, в январе 1635.

Переяславского Залесского Покровского, Антониевой пустыни:

Игум Макарий, 1 октября 1668.

Сергий, в сентябре 1670.

Казначей Моисей, в январе 1673.

Игум. Иосиф, в июле 1673."

В этом тексте самое раннее упоминание об Игумене Льве (1461-1473 г. г.) Но и сам Строев сомневается, идёт ли здесь речь о нашем монастыре. В своих сомнениях Строев прав: Покровский монастырь на реке Богон тоже во Владимирской епархии, но совершенно в другой местности, значит, первыми упоминаются Игумен Елиссей (1506-1516 г. г.) и Феогност (1527 г.). Таким образом, в 2006 году мы будем отмечать знаменательную дату: 500-летие нашего поселения. Я думаю, что это очень важная дата для понимания того, кто мы и откуда, и в знак нашей памяти, уважения к первоотцам нашим хочу предположить установить мемориальную доску с именами Елисея и Феогноста. Встаёт вопрос - где её установить? Правильно будет ее установить там, где стояла Антониева пустынь, в которой они служили и рядом с которой они были похоронены. По всем данным, это то самое место, где стоит наша Покровская церковь. Подтверждение этому в книге "Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской епархии" (Владимир, 1897 г.). Там написано: "В настоящее время в Покрове существует старинная пятиглавая каменная церковь. Можно думать, что она построена ещё до упразднения Покровской Антониевой пустыни " В "Трудах Владимирского губернского научного общества по изучению местного края" тоже утверждается, что церковь построена до 1679 года. То, что внутренняя часть храма осталась до наших времён с XVII века, утверждала и И. Мурашова, научный сотрудник ЦГИА (Санкт-Петербург).

Значит, наша Покровская церковь уже в каменном исполнении стояла на пространстве Антониевой пустыни, позднее, конечно, видоизменившись. И воспоминания старожилов и мои воспоминания тоже подтверждают это. В районе рынка при рытье колодца находили очень древние предметы. Жители "церковного дома" удивленно и испугано рассказывали, что при рытье погребов нашли останки девушки (одна коса, на голове повязка), которая была похоронена явно по православным обычаям (останки тогда перезахоронили). Таким образом, мы определились: Антониева пустынь стояла там, где сейчас Покровская церковь, в низине у реки Шитка, слобода подмонастырская там же.

Это обусловлено может быть и тем, что нашим предкам приходилось устраивать свои поселения в глуши, в затаенных местах, памятуя о врагах, не раз разорявших нашу землю.

Первоотцы наши, пустынники-монахи искали уединенные места для тихого служения Богу. Это потом Покров шагнул в гору, выстроил на ней высоченный Троицкий собор. Получается, что памятный знак должны мы первооснователям нашим поставить близ нашей Покровской церкви, конечно, с согласия городского сообщества, городских властей, и, главное, нашей церкви. Уединенные кельи, пришедших в наши места монахов, их безмолвное отшельничество привлекло сюда и других людей, стремившихся посвятить себя служению Богу. Собравшаяся братия образовало монастырское сообщество, местность рядом с монастырём постепенно заселялась. Бывало часто на Руси, что через некоторое время настоятель мог снова удалиться в "пустыню", и тогда возникал новый монастырь. И это движение помогало колонизации, освоению земель Северо-восточной Руси, окультуриванию дикой природы, расчистке леса под пашни (в Антониевой пустыни в начале XVII века его было расчищено "пашени церковной "худые земли" по 10 четв. (примерно 6 гектар) поле и сенного покоса на 20 копен" "Спутник по Владимирской губернии" Ушаков, 1913 года). Наш земляк, замечательный русский историк В.О. Ключевский так описывал этот процесс: "Вокруг пустынного монастыря образовывались мирские, крестьянские поселения, которые вместе с иноческой братией составляли один приход, тянувшийся к монастырской церкви. Если монастырь исчезал, крестьянский приход вместе с монастырской церковью оставался".

Рождение и существование Антониевой пустыни относятся к сложным и трудным временам становления Российского государства. Возникла пустынь, вероятно, ещё в XV веке, в то время, когда Иоанн III покончил с татаро-монгольским игом.

Это были времена собирания Руси, когда его сын Василий III и его внук Иоанн IV Грозный присоединили к Москве Псковские, Рязанские, Новгородские и многие другие земли, когда строили в Московском Кремле колокольню Иоанна Великого, и Ермак покорял Сибирь. В тяжелые "смутные" времена самозванцев поляки и шведы с огнем и мечом прошли по нашей округе, сожгли Антониеву пустынь, перебили почти всех жителей. Уцелевшие наши предки шли ополчением на помощь Минину и Пожарскому выбивать врагов из Москвы. А в 1613 году, как и на всей Руси, в Антониевой пустыни служили благодарственный молебен с колокольным звоном на избрание на царствование Романова Михаила Федоровича. Короткое время "успокоения" государства, и снова Стенька Разин, жестокий церковный раскол при патриархе Никоне… Все эти события так или иначе отзывались на жизни предков. У меня нет данных о том, какой была пустынь в XVI веке. Некоторые данные есть по XVII веку:

1627-1628 годы - 34 двора в пустыни.

1639 год -51 двор, дани взято 15 алтын.

1640 год - дани взято 25 алтын и 2 деньги.

1653 год - дани взято 2рубля, 27 алтын, 5 денег и гривна (дань явно увеличивается, видно растет количество дворов).

1654 год - моровое поветрие, многие умерли.

1672 год - произошел большой пожар.

1677-1678 годы - 36 дворов и 1 двор пустой.

1679 год - 37 дворов, 3 двора церковного притча, 5 лавок, 3 "амбара".

Интересно, что по другим данным в 1678 году до 132 дворов в пустыни.

Показания священников всегда были занижены по сравнению с показанием переписных книг, составленных государственными чиновниками, которые ревизовали состояние монастырей. Это объясняется очень простой причиной: таким образом можно было занизить подати ("Переславская десятина жилых данных церквей и пустовых оброчных земель", "Труды Владимирского губернского научного общества по изучению местного края").

Любопытны для нас и такие данные о Покрове: "В нем изстари была таможенная изба: сюда ежегодно присылались из Переславля - Залесского бурмистры и целовальники (сборщики податей, для присяги целовавшие крест), из посадских людей. Вследствие недобросовестности последних, в начале XVII столетия возникло любопытное дело. Присланные из Переславля сборщики питейного дохода самовольно перевели в г. Покров из соседней вотчины кн. Прозоровских малой Покровской Слободки кружечной двор и поместили его под таможенной избой, находившейся вблизи церкви. Это вызвало жалобу в Синод обитателей Покрова: "В церковных воротах - писали они, - бывает завсегда у пьяных людей драка, бесчинства и скаредства, которые и описать невозможно, и женскому полу к службе Божией ходить нельзя". После этого Кружечный двор увели снова в Малую Слободку, где был также винокурный завод". (М. Н. Смирнов. "Переславль - Залесский. Его прошлое и настоящие". Москва 1911г).

Интересен для нас и другой вопрос: а почему Антониева пустынь носила именно такое название? Пустыни, монастыри часто носили имя их основателей (Антониев Сийский - по имени Святого Антония, основавшего монастырь на северной речке Сие, Антонов монастырь в Великом Новгороде, который основал Святой Антоний Римлянин, по преданию приплывший сюда по морю на камне). Святых с именем Антоний много, но по моим скромным исследованиям, жизнь ни одного из них не связана с нашими местами. Значит, это был старец с таким именем, или монастырь был назван в честь, например, Святого Антония Киево-Печёрского, который был особо почитаем в Православной Руси, так как с устава, введённого им по образцу Афонских монастырей, образовывались уставы других российских монастырей. По мнению краеведа В.В. Ястребова старцы пришли к нам с севера. Интересно то, что присоединение Северской земли к Московскому княжеству произошло именно во время первого упоминания Антониевой пустыни. Краевед Большакова Н.В. предполагает, что наша пустынь образована монахами Троице-Сергиевского монастыря. ("Вотчины Троицко-Сергиевского монастыря". Москва 1999 г.) Думаю, что Большакова Н.В. права: до 70 монастырей было основано в Северо Восточной Руси учениками и последователями "игумена земли Русской" Сергия Радонежского, основателя Троице-Сергиевского монастыря. И мы можем гордиться тем, что на одной с ним древней Переславской земле жили наши предки.

Следующая для нас тема - принадлежность Антониевой пустыни к определённой территории, её "подотчётность" церковным и государственным властям. Н.В. Большакова пишет, что ещё в XV веке Василий III, сын Дмитрия Донского пожаловал Троице-Сергиевскому монастырю "всю Клязьму не возбранно", и Антониева пустынь, была в ведении этого монастыря. Наш монастырь мог быть "приписанным" к Троице-Сергиевскому, его филиалом "баз посягательств на автономность". В книге "Переславская десятина" написано о пустыне так: "церковь Покров Святыя Богородицы, монастырь особняк, Антониева пустынь…". Слово "особняк", наверное, и обозначает эту автономность. И здесь же очень интересные строки, говорящие о заботе патриарха о нашей пустыни:

"142 год (1633 год) мая 25 покровского монастыря, Антониевы пустыни строителю старцу Сергию, по патриаршему имянному приказу, в монастырь в келарскую про братию на судовую покупку, на ставцы и на блюда и на лошки и на скатерти рубль дано". У П. Строева читаем, что в 1635 году наш монастырь был Домовой Патриарший. Значит, подчиненность, принадлежность могла быть двойная: к Троице-Сергиевому монастырю и к Патриаршему дому? Видно, для упорядочения этих отношений Иван Грозный в 1546 году установил старшинство Монастырей над небольшими, с 1649 года управлением монастырями стало осуществляться Монастырским приказом, который проводил государственно- финансовую политику в церковных и монастырских вотчинах. Монастыри лишались подавляющего большинства своих городских владений - торгово-ремесленных слобод и дворов на посадах. Произошло усиление контроля государства над монастырями и ограничение роста монастырской земельной собственности. Но церковные власти, конечно, старались компенсировать эти потери, что им иногда удавалось. В 1678 - 1679 годах патриарх Иоаким возбудил дело о компенсации за отобранную у Патриаршего дома в 1649 году подмосковную Савинскую слободу, и тогда Антониеву пустынь приписали к Патриаршему дому, а в 1683 году это решение было подтверждено указом Софьи.

Значит, Антонина пустынь если ранее и принадлежала к Патриаршему Дому, то на других условиях, в другой зависимости. Но монастырю ненадолго осталось существовать, в 1696 году началось единодержавие Петра I, и в этом же году он в своих указах потребовал от епархиальных архиереев ежегодно представлять отчеты о доходах и расходах монастырей в Приказ Большого Дворца "без промедления" составить описи монастырей и монастырских владении. В 1701 году вышел указ Петра, где написано: "В монастыри монахам и монахиням давать определенное количество денег, хлеба в общежительство их, а вотчинами им и никакими угодьями не владеть, не ради разорения монастырей, но лучшего ради исполнения монашеского обещания". Небольшие монастыри подлежали объединению с ближайшими обителями или упразднению, а церкви становились приходскими. Видно, эти указы и послужили упразднению нашего монастыря на рубеже XVII и XVIII веков.

Директор Краеведческого музея города Покров.

Фото церкви Покрова Божией Матери в г.Покров Лаптева Ю.В.

Точная дата рождения Петушинского района - 12 июля 1929 года. Он был образован в составе Орехово-Зуевского округа Московской области. В нем район и пребывал до 14 августа 1944 года, когда в связи с воссозданием Владимирской области (прежде - губернии) был передан в ее состав. А датой окончательного создания Петушинского района можно считать 12 января 1965 года - в этот день он после ряда административно - территориальных преобразований предыдущих лет обрел свои нынешние географические очертания и восстановил свое первоначальное название.

Итак, Петушинскому району - семьдесят с небольшим лет. Однако далеко не семидесятилетняя история у здешних мест. На этих землях, обильных озерами, реками и лесами, люди селились с давних пор, еще в доисторические времена. Об этом свидетельствуют стоянки эпохи неолита и более поздние, древние славянские могильники, обнаруженные археологами на берегах Клязьмы, а также Киржача и других ее притоков.

Зачатки административно - территориального деления в этих местах также уходят своими корнями в далекое прошлое. Бывший Покровский уезд, значительная часть которого и составляет сейчас Петушинский район, испокон веков был частью юго-западной территории Владимирщины. Его административными предшественниками в семнадцатом веке являлись станы, известные как территориальные образования еще со времен царствования Ивана Третьего (1462 - 1515 гг.). Согласно самым древним из известных нам письменных сведений, территория бывшего Покровского уезда в XV - XVI веках входила в состав очень обширного Переславского Залесского стана.

Покровский же уезд был образован 1 сентября 1778 года. Предшествовал этому указ Екатерины Второй о введении нового устройства Российский империи - губернаторского, который датируется 1775 годом.

Просуществовал Покровский уезд до 1921 года, когда он был ликвидирован, а его территория поделена между соседними регионами.

МАРКОВО

Название населенного пункта Марково не является оригинальным на территории бывшего Советского Союза, кстати как и многих других. Оно встречается и в России и в Белоруссии неоднократно. Одно из них встречается на Анадыре и как гласит молва, а может и исторический факт, основано Семеном Дежневым.

Кто основал наше Марково история пока умалчивает. Но расположилось оно в достаточно живописном месте над заливными лугами реки Клязьма на абсолютно песчанной почве в обрамлении сосновых боров.

Но все же некоторые сведения о Марково удается найти. Вот что например размещено из истории Марково на сайте Марковской школы.

МАРКОВО, село Багаевской волости Покровского уезда, в 10 верстах от города Покрова. Упоминается в документах 1689 года. От названия села было образован топоним "Марковское болото", обозначавший в целом всю ту западную часть Мещерской низменности, которая протянулась от Маркова в сторону Судогды и Шатуры. До 1868 г. входило в состав приход погоста Багаево, от которого находилось на расстоянии 7-8 верст.

В 1868 г. в Марково был перевезен старый деревянный храм из села Власовского, принадлежащий до этого Костерёвым (был вновь освящён 14 марта 1868). Первые церковнослужители - священник отец И.Д.Флоринскии (из Суздальского уезда), дьячек И.Беляев и пономарь М. Смородин.

16 августа 1900 г. была произведена закладка каменного храма в честь Казанской иконы БожиейМатери.Освящение храма состоялось 26 июля 1902 г. в присутствии архиепископа Владимирского и Суздальского высокопреосв. Николая и епископа Тамбовского преосвящ. Иннокентия (Беляева) при участии хора архиерейских певчих под управлением регента А.Е.Ставровского. Стены храма были украшены фресками в стиле художника Васнецова по образцу киевского Владимирского собора. Местные иконы были написаны художником Сафоновым.

В 1925 года в селе стоял 221 двор и проживало 1011 жителей.

С 1890 г. имела церковно-приходскую школу, где первым учителем был священник.

В 1904 году земство построило новую школу.

Вот еще один материал о Маркове, который перекликается с предыдущим.Привожу его полностью в соответствии с источником.

с.Марково

Церковь Казанской иконы Божией Матери

За Клязьмой, в лесах на границе болот, издавна стояли деревни Богдарня, Чаща, Борок, Дубровка, Марково. Последняя по документам известна с 1689 г. Болота, среди которых она затерялась, по ней назывались марковскими. Её владелицами были княгиня Анна Александровна Голицына (ум. 1852(1863 – прим. Ю.Л.), урожденная Прозоровская), коллежская асессорша Татьяна Гавриловна Крупенина, княгиня Варвара Михайловна Гагарина (1779-1854, урожденная Пушкина). Варвара Михайловна – кавалерственная дама (то есть награждена орденом Святой Екатерины), с 1812 г. замужем за князем Сергеем Ивановичем Гагариным (1777-1862), обер-гофмаршалом, членом Государственного совета, действительным тайным советником, президентом Московского Общества сельского хозяйства. Их сын, князь Иван Сергеевич Гагарин (1814-1882), дипломат и писатель, перешел в католичество и вступил в орден иезуитов.

До 1868 г. деревня относилась к Багаевскому приходу. Но весной при разливе Клязьмы Марково оказывалось отрезано от храма. Священник Багаевского прихода о. Лев Миловзоров предложил верующим из-за Клязьмы построить свой храм и дал официальный ход делу. Но не смог довести его до конца, так как 24 апреля 1866 г. скончался от чахотки. Хлопоты легли на плечи нового багаевского священника о. Василия Малиновского. Ходатаями по делам построения церкви были крестьяне д. Чаща Василий Сидоров и д. Богдарня В.Н.Грыцкин. В Марково был перевезен старый храм из с. Власовского (теперь Власово Шатурского района Московской области). Местный благочинный, священник с. Крутец о. Афанасий Левитов освятил его на новом месте во имя почитаемой в Маркове Казанской иконы Божией Матери. Трогательно было прощание заклязьминских прихожан с о. Василием Малиновским. Жители деревень, отошедших к приходу храма с. Марково, собрались в д. Богдарня, и о. Василий, переправляясь на багаевскую сторону, стоя в лодке, благословлял плачущих на берегу своих прежних духовных чад.

Деревянная церковь существовала в Маркове с 1868 г. по 1902 г. Первым священником был о. И.Д.Флоринский из Суздаля, дьячком И.Беляев, пономарём М.Смородин (переведены из Багаевского храма). О.Василий Малиновский в 1871 г. умер от холеры, заразившись при объезде деревень своего прихода.

В 1896 г. на марковский приход был назначен священник, о. Иоанн Невский. Жители с. Марково и окрестностей считали свой деревянный храм временным и не оставляли мысли о построении каменного, но дело упиралось в недостаток средств. Всё же в 1899 г. о. Иоанн подал прошение архиепископу Владимирскому и Суздальскому Сергию (Спасскому) о построении каменного храма. Владыка ответил письмом, в котором выразил согласие и одновременно сомнение: «По силам ли будет строителям то дело, которое они взяли на себя, не имея совершенно никаких средств для его исполнения». 16 августа 1900 г. при участии благочинного, настоятеля храма в Багаеве о. Константина Разумовского, был заложен ныне существующий каменный однопрестольный храм Казанской иконы Божией Матери. Средства прихода быстро кончились, нужно было искать жертвователей. Первым откликнулся крестьянин д. Костино Евсевий Борисов, имевший родственников в Маркове, он пожертвовал 600 руб. Вскоре дело взял в свои руки внук ходатая по устройству деревянного храма Василия Сидорова, Иван Иовлевич Сидоров, он довел строительство до успешного окончания и был избран церковным старостой. Храм освящен в 1902 г. высокопреосвященным Сергием, архиепископом Владимирским и Суздальским, и преосвященным Иннокентием (Беляевым), епископом Тамбовским. Богослужение сопровождалось пением архиерейского хора под управлением регента А.Е.Ставровского.

После революции настало время испытаний для, его прихожан и причта. С начала 1920-х гг. по 1933 г. диаконом служил о. Василий Горбачёв. Из-за огромных налогов и обнищания населения у церковной общины не было денег. Чтобы содержать семью, о. Василий брался за любое дело: клал печи, чинил часы, крыл крыши, перетягивал матрасы. С 1933 по 1936 г. он служил в храме с. Ильинский Погост (теперь Орехово-Зуевский район Московской области). Там он был арестован 15 февраля 1937 г. по обвинению в агитации против советской власти, совершённой на месте прежнего служения. «Агитация» состояла в том, что при угрозе закрытия храма прихожане обратились к о. Василию за советом, как храм сохранить, он посоветовал направить прошение с подписями верующих в местную администрацию. За этот совет о. Василий был расстрелян 26 февраля 1938 г. В том же году храм с. Марково закрыт, иконостас уничтожен, разрушено завершение колокольни и храма. Священник, долгое время здесь служивший (сначала диаконом), о. Константин Охотин арестован.

В 1996 г. образована община верующих (инициатором была учительница Е.Федосейкина), и началось возрождение разорённого храма. У настоятеля много забот: в церкви совершаются богослужения и ведутся восстановительные работы, у общины нет средств для приобретения сразу всего того, что требуется для богослужений. Настоятель о. Андрей рассказал, как Великим постом он думал, где взять Святое Евангелие небольшого формата для того, чтобы по обычаю Православной Церкви положить на Святую Плащаницу, и вдруг одна из прихожанок принесла требуемую книгу с надписью на внутренней стороне обложки: «Сие св. Евангелие при закрытии церкви в с. Сеньго-Озеро (этого села больше нет, при устройстве полигона на марковских болотах в 1940-м г. оно было полностью разрушено) было ободрано и брошено, но одним из верующим взято и передано мне, и я, украсивши его, приведя в приличный вид, приготовил себе на смерть,, с собой во гроб, аще изволит Бог. 9.ХI. 1934 г. священник Константин Иоаннович Охотин». Так погибший за веру настоятель храма о. Константин промыслом Божиим и в наше время не прекращает заботиться о марковском храме.

Деревня Богдарня, стоящая на берегу озера, по документальным свидетельствам известна с 1689 г. В 1861 г. была во владении княгини А.А.Голициной. В середине деревни была часовня, сломанная в советское время. В 1998 г. у озера построена по проекту архитектора «Владреставрации» Александра Толмачева, на средства православного англичанина И.М.Максвелла-Капински, каменная часовня во имя празднования Вознесения Господня.

Сей отрывок из книги Протоиерея Олега Пэнэжко «Город Покров, храмы Петушинского и Собинского районов Владимирской области». Владимир, 2005.

Фото церкви Казанской иконы Божией Матери в Марково, часовни в деревне Богдарня Лаптева Ю.В.

Шмаков Василий Матвеевич

Далее воспоминания самого Василия Матвеевича.

Шмаков Василий Матвеевич родился 29 декабря 1923 года в с.Марково, Орехово-Зуевского района, Московской области.

Школу закончил в 1939 году 6 классов. Затем 1940-1941 год ФЗО (фабрично-заводское обучение) при Дулевском фарфоровом заводе. Откуда с началом войны ушел в Народное ополчение. Но в ополчение не попал из-за болезни. После выздоровления был направлен на оборону Москвы в район г. Серпухова, где находился до 20 декабря 1941 г., а потом вернулся в свой район. Затем был направлен Орехово-Зуевским РВК Московской области сопровождать вагоны с топливом с торфопредприятий на ТЭЦ г. Орехово-Зуево.

В начале апреля 1942 г. был направлен в Марийскую АССР в Запасную бригаду. В июне 1942 года был направлен рядовым на Воронежский фронт в 107 сд (стрелковую дивизию), в районе Подгорное Воронежской области был легко ранен в левую ногу. После выздоровления в октябре 1942 года был зачислен на курсы мл.лейтенантов 60 Армии. Более месяца находился в обороне, участвовал в освобождении г. Курска. После освобождения г. Курска, среди оставшихся в живых был произведен выпуск и Василию Матвеевичу в марте 1943 года присвоили звание мл.лейтенанта и наградили медалью «За боевые заслуги». После присвоения звания был направлен в 129 сб (стрелковую бригаду) Центральный фронт на должность командира стрелкового взвода.

В июне 1942 г. бригада была расформирована и организована 226 сд из двух полков, командир подполковник Астренко. Василий Матвеевич был назначен командиром роты. 26 августа 1942 г. вел разведку боем, был ранен в районе Шагарово Курской области и больше в этой дивизии не служил. После выздоровления был направлен в 143 сд, где прослужил до конца войны на Украинском, а затем на 1-м Белорусском фронтах. 1-й Белорусский фронт на заключительном этапе войны под командованием маршала Жукова освобождал Польшу и штурмовал Берлин. В этот же период 47-й Армией, входившей в состав 1-го Белорусского фронта, в которую входила 143 стрелковая дивизия, командовал генерал-лейтенант Перхорович Ф.И.

Василий Матвеевич непосредственно принимал участие в форсировании рек: Днепр, Висла, Одер, Шпрее. Освобождал города: Воронеж, Касторное, Курск, Киев, Житомир, Коростень, Варшава, Бромберг, Дейч-Кроне, Берлин.

За время боевых действий был ранен еще пять раз (всего семь):

10.11.1943 г.Иванково Киевской области; 06.07.1944 г. г.Ковель В-Волынской области; 10.09.1944 г. в г.Варшава; 27.09.1944 г. Люконстрихен; 04.05.1945 г. Ратенов западнее Берлина.

За мужество и героизм награжден двумя орденами Красного знамени, двумя орденами Отечественной войны, орденом Александра Невского и орденом Красной Звезды.

Семья получила извещение Орехово-Зуевского ГВК о том, что он пропал без вести в сентябре 1944 года. Однако Василий Матвеевич закончил войну в Берлине, где и написал на колоннах Бранденбургских ворот «Мы из Орехово-Зуево».

Уже в мирное время у Василия Матвеевича родились двое детей: дочь Людмила, сын Сергей и четверо внуков.

Василий Матвеевич и в настоящее время (январь 2008г.) проживает в г.Сысерть Свердловской области.

КОНСТАНТИН ШМАКОВ

Константин Шмаков

Об этом человеке можно рассказывать с разных сторон - настолько многогранен его талант. И с каждой стороны рассказ о нем будет ярким и неповторимым, как и его жизнь... Константин Анатольевич Шмаков родился на целине в талантливой, творческой семье Анатолия и Лилии Шмаковых, это и предопределило жизненный выбор Константина... В их семье всегда царил и царит дух искусства и творчества, поэтому никто не сомневался, что младший сын Шмаковых Костя отправится по проторенной родителями дороге.

Потом его родители переехали в город Покров Владимирской области, где Константин окончил 8 классов средней школы и поступил во Владимирское музыкальное училище. После окончания училища он успешно поступил в Московский государственный институт культуры, окончил его, и через полгода работы в Шатурском ДК был призван в армию.

Отслужив в армии, Константин Анатольевич работал в ансамблях "Поющие сердца", "Здравствуй, песня!", а после того, как Московская филармония поставила условие о необходимости наличия московской прописки, которой у Шмакова не было, вернулся в Александров. Тем более что радость рождения первого сына Антона перевесила горечь утраты творческого и чисто дружеского общения с коллегами по цеху.

В Александрове Константин Анатольевич приобрел, на мой взгляд, гораздо больше - здесь он нашел себя как художник, поэт, композитор, солист народного ансамбля народных инструментов "Былина", постоянный ведущий вечеров и праздников. Ни одно крупное мероприятие не проходит без участия оптимистичного и жизнерадостного Шмакова-среднего.

И дети его - Антон и Дмитрий - достойные продолжатели династии Шмаковых. Анатолий Николаевич Шмаков(родился в с.Марково -прим.Ю.Л.), Константин и Антон - все окончили Московский государственный институт культуры. Младший сын Дмитрий в этом году поступает в то же учебное заведение. И все несут свой талант людям.

На пороге "золотого" юбилея Шмакову-среднему есть, чем отчитаться перед жизнью: это блестящая карьера профессионального музыканта, огромное количество поклонников его таланта, прекрасные дети, идеальная жена - образец для подражания...

Рожденный в июле, Константин Анатольевич такой же яркий и темпераментный, как июльская жара. Такой же заводной и задорный, веселый и лучезарный, как июльское солнце.

Наверное, многие не поверят, что Константину Шмакову - 50, ведь его редко кто называет по отчеству, настолько все ощущают его молодым. Дай Бог, чтобы Константин еще очень долго зажигал своим талантом и задором других, горел сам и вновь отдавал нам, зрителям, богатство своего дарования!

Л. СОРОКИНА,

главный специалист

Комитета по культуре и молодежной политике

администрации округа Александров.

Константин Шмаков вместе с Алексеем Абакшиным, Александровским бард-рокером является автором неофициального гимна города Александрова.Прекрасно владеет баяном.Некоторое время со своим прекрасным фактурным голосом пел в церковном хоре.

В 2001 году Указом Президента Российской Федерации Владимира Путина За заслуги в области культуры и многолетнюю плодотворную работу почетное звание "Заслуженный работник культуры Российской Федерации" присвоено: Шмакову Константину Анатольевичу - заместителю директора Дома культуры "Юбилейный" города Александрова Владимирской области.

Поиск родственников приводит иногда к интересным результатам и неожиданным приятным открытиям. Случилось так, что два известных советских спортсмена жили в одном городе Покров Владимирской области на одной улице III-го Интернационала в деревенских домах ( в отличие от многоквартирных) через два дома друг от друга. Учились в одном педагогическом училище. И практически одновременно начали движение к вершинам спортивного мастерства. Одним из этих спортсменов был Василий Кузнецов, а вторым, а точнее второй была Шмакова (Ляхова) Лидия Васильевна родная сестра моей бабушки. В Интернете я натолкнулся на статью о выдающемся легкоатлете СССР Василии Кузнецове и решил разместить ее на своей странице. К сожалению автор статьи мне не известен.

КУЗНЕЦОВ ВАСИЛИЙ

Василий Кузнецов

Первым спортивным наставником прославленного советского десятиборца, заслуженного мастера спорта Василия Кузнецова стал... старшина Федор Иванович Шуляцкий. Впрочем, не только спортивным. Федор Иванович не только приобщил 13-летнего Васю Кузнецова к занятиям легкой атлетикой, но и помог выбрать свой жизненный путь. Детство свое Вася провел в городе Покрове. Через дорогу напротив его дома располагалась воинская часть. Сквозь дыру в заборе местные мальчишки часто «проныривали» на территорию военного городка. С интересом наблюдали они за занятиями солдат, многих знали по именам. Но, пожалуй, наиболее интересным местом ребята считали спортивную площадку, а наиболее авторитетным тут человеком подтянутого, сильного, ловкого старшину, которого звали Федором Ивановичем. Был он легкоатлетом, десятиборцем. Тренировался сам и занимался с группой солдат. А через некоторое время, видя интерес местных мальчишек к спорту, предложил и им присоединиться к его группе. Так Васек Кузнецов стал легкоатлетом.

Василий Кузнецов

Вскоре после окончания войны часть расформировали, а на ее бывшей территории разместилось педагогическое училище. Шуляцкий демобилизовался и остался работать в новом училище преподавателем физвоспитания. Кузнецов тем временем «за компанию» со школьными друзьями поступил в Орехово-Зуевский торфяной техникум. Учился и работал, проходил практику на торфоразработках. На субботу и воскресенье приезжал домой в Покров. Часто виделся Василий и с Шуляцким, рассказывал о своей жизни. И Федор Иванович убедил юношу, что занимается тот не своим делом. Через некоторое время Кузнецов поступил в педагогическое училище. И с этого момента вся его дальнейшая жизнь была связана со спортом. Окончив училище, Василий уезжает в Москву и поступает в областной педагогический институт. Активные занятия одним из сложнейших видов спорта—десятиборьем не помешали Кузнецову окончить институт, потом написать диссертацию. Ныне кандидат педагогических наук Василий Кузнецов преподает на кафедре легкой атлетики Центрального института физической культуры. Но все это произошло позже, а тогда, весной 1953 г., студент МОПИ Василий Кузнецов встретился с человеком, сыгравшим важную роль в его судьбе.

Василий Кузнецов

Этим человеком был один из известнейших легкоатлетов того времени, четырехкратный чемпион СССР по десятиборью Владимир Васильевич Волков. Встреча их была случайной, в поезде, на котором они возвращались после тренировок на юге. Узнав, что Кузнецов «беспризорный», тренируется где и с кем придется, Волков предложил заниматься вместе. Так началось это содружество, очень быстро принесшее плоды. Опытнейший атлет, Волков не мог не видеть способностей ученика, не мог не понять, что растит не просто конкурента, а атлета, которому скоро не будет равных. И Волков сделал все, чтобы конкурент этот рос как можно быстрее.

Они тренировались рядом, что называется, плечом к плечу, и никто из них не хотел уступать. Они тренировались до изнеможения, до темноты в глазах. Позже Кузнецов вспоминал, что у него не раз появлялась мысль: «Не выдержу, сломаюсь». Но он выдержал, а в конце 1953 г. впервые стал чемпионом Советского Союза,опередив всех, и в том числе своего учителя. За сезон Василий сделал Василий Кузнецов гигантский скачок вперед, личное достижение в сумме многоборья он улучшил почти на полторы тысячи очков. В 21 год Кузнецов завоевал первую из своих 10 золотых наград чемпионатов страны.10-кратный чемпион страны—само по себе это выдающееся достижение, но 10-кратный чемпион в десятиборье— это уже уникальное явление. Но высочайших достижений на счету Кузнецова несколько. Он— трехкратный чемпион Европы, двукратный олимпийский призер. Кузнецов стал первым атлетом мира, набравшим в десятиборье более 8000 очков. Это достижение Кузнецова было настолько впечатляющим, что Василия назвали лучшим спортсменом мира 1959 г. Уже четверть века как Кузнецов закончил свой спортивный путь, отмеченный орденами Трудового Красного Знамени и «Знак Почета». Однако память об этом замечательном атлете жива и поныне. В 1987 г. ИААФ назвала имя Василия Кузнецова в числе 10 лучших десятиборцев мира всех времен.

В поисках своих родственников из деревни Мансурово Домодедовского района Московской области натолкнулся на историю летчика Героя Советского Союза Виктора Талалихина, которую немного подкорректировал, по вновь открывшимся обстоятельствам, о которых рассказали очевидцы тех событий и привожу здесь.Кстати до недавнего времени у одной из жительниц деревни Мансурово на чердаке хранился парашют Виктора Талалихина.

ВИКТОР ТАЛАЛИХИН

Виктор Талалихин

Виктор Талалихин родился 18 сентября 1918 года в селе Тепловка, Саратовской губернии. В 1933 году семья Талалихиных переехала в Москву. Виктор поступил учиться в ФЗУ при мясокомбинате, где начал работать его отец. В 1936 г. Виктора приняли в аэроклуб, а в 1938 г. в Борисоглебское авиационное училище. В училище Виктор получил хорошую теоретическую закалку, а также практические навыки по технике пилотирования на самолетах У-2, И-16, УТИ-4. Помимо летных знаний, Талалихин научился метко стрелять из винтовки, автомата, пистолета, отлично работал на гимнастических снарядах, сдал нормы ГТО, а потом стал спортсменом-разрядником. В училище полюбил Виктор и парашютный спорт, совершив немалое количество прыжков. С декабря 1938 года началась офицерская служба Виктора Талалихина. Зимой 1939-1940 года авиационный полк, в котором служил Виктор Талалихин, принимал участие в боях с белофиннами. За время боевых операций на финском фронте Виктор Талалихин совершил около 50 боевых вылетов, уничтожил несколько вражеских самолетов. За доблесть и мужество в борьбе с врагом он был награжден орденом Красной Звезды.

С весны 1941 года Виктор Талалихин служит в 177 истребительном авиационном полку командиром звена. В это время полк осваивал новые самолеты МИГ, Виктор был в числе тех, тогда еще немногих летчиков, которые летали за облака, несмотря на то, что истребители в то время не были оборудованы соответствующими приборами.

С началом войны 177 полк, который размещался в пригороде города Подольск «Кузнечики», вошел в Московскую зону ПВО и охранял воздушные подступы к Москве. Талалихин осваивал ночные полеты и вскоре стал лучшим летчиком в полку. Первый воздушный налет на Москву немецкая авиация совершила 22 июля 1941 г. При отражении его участвовал и 177 истребительный авиационный полк. Самолеты противника были рассеяны, и только одиночкам удалось прорваться к городу. В этот массовый вылет фашистская авиация потеряла 22 самолета. Только в первый месяц боев Виктор Талалихин уничтожил 6 самолетов врага.

1941 год. Враг усиливал натиск, стремясь прорваться к Москве.

В ночь с 6 на 7 августа 1941 г. в авиаполк передали сообщение, что в небе появились самолёты противника, которые надо немедленно перехватить и уничтожить.

«Ястребок» Виктора Талалихина взмыл в небо и атаковал бомбардировщик «Хейнкель-111». Правый мотор фашистской машины задымил, бомбардировщик резко изменил курс, стремясь уйти на запад. «Ястребок» преследовал врага, возобновляя атаки. «Беглец» был из опытных, он ловко увёртывался от пулемётного огня и шёл на снижение. После шестой по счёту атаки пулемёт «ястребка» замолчал. Все патроны были расстреляны, да и горючего в бензобаках оставалось мало. Тогда у Талалихина созрело решение: рассчитав скорость, подвести истребитель вплотную к бомбардировщику и ударом воздушного винта отрубить ему хвостовую часть. Во время манёвра из неприятельского самолёта раздалась пулемётная очередь и Виктору прострелило правую руку: «Сразу дал газ и уже не винтом, а всей своей машиной протаранил врага, — рассказывал он потом. — Послышался треск. Мой «ястребок» перевернулся вверх колёсами. Надо было поскорее выбрасываться с парашютом. Отстегнув ремень, я выбросился. Примерно 800 м летел затяжным прыжком, а потом я раскрыл парашют».

Не приземлившись, а приводнившись (лётчик опустился в неглубокое озеро на окраине деревни Мансурово в 40 км от Подольска), Талалихин с помощью крестьян деревни на следующий день возвратился в полк. Вскоре командир полка И.Д. Королёв и Талалихин выехали на место падения фашистского бомбардировщика.

Рядом с обломками «Хейнкеля», который упал в лес недалеко от деревни Мансурово, высилась горка зажигательных бомб и патронов. Тут же трупы лётчиков. На груди подполковника — командира экипажа — орден «Железный крест». Из обгоревшей кабины вынули объёмные портфели с вещами экипажа, документы, личное оружие, карту с нанесённой на ней красной линией — путь бомбардировщика к Москве. В тот же день был подписан приказ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении лётчику-истребителю младшему лейтенанту Виктору Васильевичу Талалихину звания Героя Советского Союза.

Ночной таран, совершённый Талалихиным стал первым в истории авиации, вошёл в историю отечественной авиации как образец не только мужества и отваги, но и высокого мастерства.

В полку состоялся митинг личного состава. Был зачитан приказ командира части, Талалихину объявили благодарность и наградили именными часами.

В октябре 1941 года началось немецкое наступление на Москву. Воздушные бои шли непрерывно. Виктор Талалихин принимал в них активное участие и сбил еще 5 самолетов противника. Так, в один лишь день в воздушных боях у своего аэродрома он сбил два немецких истребителя. Последний свой бой Виктор Талалихин провел 27 октября 1941 года. Пасмурным утром 27 октября два МИГ-3 и четыре И-16 под командованием Талалихина вылетели на прикрытие своих войск в районе деревни Каменки на Варшавском шоссе. Над Каменкой наша шестерка заметила шесть "Мессершмитов". "Действовать по звеньям!" - приказал Талалихин и первым ринулся в бой. Вот рухнул один вражеский самолет. В это время еще три "Мессершмита", вынырнув из облаков, направили свой огонь на самолет Талалихина. Быстро сманеврировав, Виктор сбил еще одну машину врага. И вдруг его самолет нагнул крылья и стремительно пошел к земле: вражеская пуля пробила Виктору голову.

В память о герое Советского Союза В.В.Талалихине на здании Московского мясокомбината и ПТУ № 100 установлены мемориальные доски. Имя Талалихина носит улица в Центральном округе г.Москвы. В школе № 480 и ПТУ № 100 созданы музеи Виктора Талалихина. Его имя навечно занесено в список воинской части, где он служил.

Следопытами из школы совхоза«Заря коммунизма» в деревне Мансурово 9 мая 1970 года был открыт памятный знак Виктору Талалихину фотография знака находится на моей персональной странице в фотоальбоме.

Как я чуть не оказался в родственниках рода А.С.Пушкина.

Изучая ветвь моего прапрапрадеда Прохора Молчанова, выяснил, что мой троюродный дед Петров Александр Александрович женат на Пушкиной Светлане Григорьевне. Дальше родственники устно подтвердили, что что-то слышали о родстве Светланы Григорьевны роду Пушкиных.

В конце концов нашел статью о правнуке А.С.Пушкина Пушкине Григории Григорьевиче, которую привожу здесь, и из которой стало ясно, что с родом Пушкиных я не связан.

ПУШКИН ГРИГОРИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ,правнук

"Бескорыстная мысль, что внуки будут уважены

за имя, нами им переданное, не есть ли

благороднейшая надежда человеческого сердца?

Мои правнуки будут мне обязаны этой сенью".

А. С. Пушкин

1. Случайное знакомство

6 июня 1983 года мне, студенту-заочнику Литературного института, посчастливилось побывать на пушкинском вечере в Колонном зале Дома Союзов. Вечер вел поэт Егор Исаев. Как того требует протокол, ведущий сначала представил сидящих в президиуме. Когда он сказал: "Григорий Григорьевич Пушкин, правнук поэта", - я подумал, что коль оговорился, то можно бы и поправиться: не правнук, наверное, а праправнук!.. Однако худощавый пожилой человек среднего роста, которого представил Исаев, его поправлять не стал. Он привстал с кресла и сделал два полупоклона - влево и вправо. Я с друзьями стоял довольно далеко от сцены, и рассмотреть лицо Пушкина как следует, не мог. Вперед не протолкнешься - в проходе между стеной зала и колоннами битком народу. Торжественный вечер начался, в зале все стихло, замерли и мы.

Описывать вечер излишне. Были речи - и полу казенные, "накатанные", и проникновенные, от души, поэты читали свои стихи. Запомнились строчки седовласого красавца Василия Захарченко:

Я не могу представить, чтобы Пушкин

Во гневе на Дантеса подал в суд!

Со мной были друзья-сокурсники - поэт из Певека Илья Юрьев и прозаики Николай Калачев из Анадыря и Виктор Бажутин из Перми. Мы стояли рядышком и время от времени перешептывались: похож или не похож, не уточняя при этом - кто на кого, не называя даже фамилию, Пушкин. Сейчас немного забавно вспоминать об этом - все четверо думали об одном.

Незадолго до окончания вечера мы вышли в фойе, чтобы перехватить Григория Григорьевича, увидеть его с близкого расстояния, пока его не увезли домой. У нас как-то и не возникало сомнений, что Пушкину - в день рождения Пушкина! - могут не подать персональную машину. Если не "Зил", то черная "Волга" наверняка уже стоит у подъезда - это как пить дать.

У открытой двери, ведущей на сцену, где находился президиум, взволнованный и сосредоточенный, прохаживался еще один "Пушкин" - актер, сыгравший поэта в кинофильме "Разбудите Мухина!". Ему предстояло под занавес прочесть одно из пушкинских стихотворений.

Вечер закончился. Григорий Григорьевич сразу оказался в плотном оцеплении желающих получить автограф. Когда он, наконец, направился к выходу - а мы на коротком расстоянии за ним, - обнаружилось, что ни "Зила", ни "Волги" ему не подали, а сам потомок Пушкина намерен пешком идти до метро. Честно говоря, у меня ворохнулась мысль: может быть, это намек, чтобы мы отвязались от уставшего человека и дали ему отдохнуть? Но к нему словно прилип собкор "Правды" Борис Князев, и наша четверка сочла, что мы тоже "имеем право"... Десяток-другой метров мы шли чуть позади, затем решительно приблизились и дальше пошли вшестером. Вскоре нас догнал Иван Чирков - брат известного киноактера Бориса Чиркова, народного артиста СССР. Чирков на ходу сдернул с шеи фотоаппарат и, забежав вперед, сделал несколько снимков.

Мы шли шеренгой по малолюдной в этот час Пушкинской улице, взяв Пушкина с обеих сторон под руки. Я спросил Григория Григорьевича, почему его на вечере представили как правнука поэта, а не как праправнука. Он чуть насмешливо скосил глаза:

- Потому что я и есть правнук, а не праправнук.

Мы, слегка перебивая друг друга, начали вслух размышлять, стараясь уяснить, как так может быть, что человека, идущего с нами бок о бок и в котором течет кровь великого поэта, отделяет от прадеда всего лишь два поколения. Ведь Пушкину сегодня исполнилось 184 года!

- По мужской линии у Пушкина в роду - все долгожители, - сказал Григорий Григорьевич. - Сын его прожил 81 год, отец мой - 72 года. Ну и мне в этом году семьдесят стукнет - тоже не юноша. Я про себя отметил, что Григорий Григорьевич сказал "у Пушкина в роду", а не "в роду у прадеда". Забегая вперед, добавлю, что и потом, позже, ни разу не слышал, чтобы он произнес "прадед" или "мой прадед" - только "Пушкин" или "Александр Сергеевич". Видимо, вполне обдуманно и намеренно не хотел подчеркивать свое родство с гением и даже напоминать о нем лишний раз собеседнику, дабы не выглядеть нескромным.

- Когда я родился, отцу было уже сорок пять - вот и вся разгадка, - чуть улыбнулся Григорий Григорьевич.

Я шел рядом, слева от Пушкина, и когда он, сказав последнюю фразу, чуть обернулся ко мне, - в груди у меня мягко полыхнула горячая волна: со мной рядом шел постаревший Александр Сергеевич - правда, без бакенбард и курчавой шевелюры!.. Пушкин чуть отвернул лицо - и поразительное сходство пропало, осталось просто сходство.

Пока Григорий Григорьевич отвечал на вопросы моих друзей, я лихорадочно соображал: в 1834 году Пушкин писал жене на Полотняный Завод: "Радуюсь, что Сашку от груди отняли, давно пора". Значит, кровная ниточка от поэта к нашему спутнику помечена такими "узелками": Александр Сергеевич - Александр Александрович - Григорий Александрович - Григорий Григорьевич. Господи, да это ж "рукой подать" до Пушкина! Отрезок времени почти в два столетия перестал быть пугающе необъятным, не представимо огромным, безразмерным. Да и то ведь: изучаем историю Второй мировой войны, а вот он - живой участник ее, мой отец; копаемся в разрозненных материалах по малоизвестной Первой мировой - а один из русских солдат, воевавших на германском фронте, был моим дедом. Нить родства уплотняет время, сплющивает эпохи, "стягивает", сближает предков и потомков. Если ж не нанизать на эту нить череду событий меж двумя крайними датами - войны, революции, пятилетки, семилетки, эпохи разных правителей, - то, надо признать, пращуры наши как бы отодвигаются от нас, "отъезжают" в глубину минувших времен, за грань восприимчивости родственной связи.

Я читал, видел и держал в руках сотни пушкинских книг и книжиц; десятки его портретов, изображений, памятников мог описать двумя-тремя узнаваемыми мазками, имя Пушкина сопровождало меня с детства и... может быть, именно поэтому Пушкин представлялся мне отлитым в чугун, золото или бронзу, но никак не живым - из плоти и крови. Как, наверное, далекая планета для астронома, о которой он знает если не все, то многое, но в то же время помнит, что на ее поверхность ему никогда не ступить, самым мощным телескопом не приблизить, не ощутить ее жар или холод, притяжение, скорость вращения.

Три коротких генеалогических отрезка отделяют Григория Григорьевича от великого прадеда и два родных человека - отец и дед. Один нянчил на руках его самого, другого - Александр Сергеевич и Наталья Николаевна. Впрочем, и сын Пушкина успел потетешкать своего внука Гришу и порадоваться, что имя ему дали в честь основателя фамилии - Григория Пушки, жившего в XIV веке. А сегодня мы в день рождения поэта идем под руку с правнуком поэта по улице, названной его именем! Пожалуй, мне не сыскать точных слов, чтобы пояснить ощущение внезапно сгустившегося времени, ощущение досягаемости живого Александра Сергеевича...

Небо серело. От Дома Союзов мы прошли, наверное, уже половину улицы, когда на правой стороне я увидел распахнутые двери полуподвального кафе. Освещенный дверной проем перетягивал на уровне груди шнурок с табличкой "закрыто".

- Григорий Григорьевич, а может, перекусим? А то пока до дому доберетесь... Мы остановились.

- Можно и перекусить, так закрыто ведь. Вон видишь, написано?

- Врут они всё, двери-то настежь!

Легкий кураж забродил в крови.

- Подождите немного, - и я направился к открытой двери "закрытого" кафе. Сразу у порога на меня наехал животом здоровенный парень, похожий на штангиста - полутяжа:

- Читать умеешь, борода? Мы закрываемся.

- Читать умею. А ты знаешь, какой сегодня день?

- Тещины именины?

- День рождения Пушкина. А знаешь, кто вон там стоит? - Я встал в дверном проеме и кивнул в сторону улицы. Парнище выглянул:

-Ну?

- Правнук Пушкина, Григорий Григорьевич. Твое кафе, между прочим, находится на улице его прадеда.

- Ладно заливать-то! Пу-ушкин! Я ж сказал: закрываемся. - Моя грудь с трудом выдерживала напор его живота.

- Стоп! Одну секунду! - Я достал из кармана пригласительный билет на пушкинский вечер с автографом Григория Григорьевича, показал.

- Ну и что?..

Однако в голосе его я почувствовал неуверенность, срочно надо было парня "дожимать", и я крикнул:

- Григорий Григорьевич, повернитесь лицом вот так, - и показал как. Пушкин повернулся к нам в четверть профиля, я перевел взгляд на "штангиста". Выражение его глаз и лица буквально за пару секунд изменилось.

- Ни-и хе-е... - начал он протяжно и тут же исправился: - Ничего себе! Точно, Пушкин!

Он тяжело, но проворно скакнул в глубь своего заведения, рявкнул "Зинка, сюда! Быстро!!", затем вернулся и молча сделал галантный жест: "прошу!".

Мы сели за крайний столик (Чирков, кажется, ушел во время моих переговоров с метрдотелем). Полуподвальчик оказался уютным и совсем крохотным. Слышно было, как за перегородкой, отделяющей зал от кухни, здоровяк-распорядитель приглушенным голосом что-то втолковывает поварам или официанткам. Через минуту он появился и коротко доложил:

- Сейчас все будет.

Коля Калачев вопросительно глянул на него, потом на меня (мол, когда ты успел?):

-Так мы, вроде, еще не заказывали... Здоровяк сдержанно, с достоинством повторил:

- Сейчас все будет на столе. Прошу немного подождать, - и удалился. Необыкновенный вечер получил необыкновенное продолжение.

- Григорий Григорьевич, а почему вы сегодня не выступили? Вы вообще выступаете на пушкинских праздниках? - спросил кто-то из друзей.

- Не выступаю - и по одной причине: я не пушкиновед. И не пушкиноед.

- Ну, так что? Вы же имеете свое мнение о прадеде, как-то ж вы относитесь к его творчеству. Почему об этом не сказать? Пушкин чуть прищурился, в серо-голубых глазах искрой мелькнула усмешка, уголки губ дрогнули.

- Ну ладно, люблю я поэзию Пушкина, люблю его прозу, люблю его самого. А зачем мне об этом говорить? Вроде и так понятно. Но скажи мне, ты пушкинист? - Он нацелил указательный палец на Илью Юрьева.

- Нет, - пробасил Илья.

- Нет, так нет. Тем не менее, ты можешь писать о Пушкине, говорить о нем, рассуждать о его творчестве. Тебе или похлопают, или... - он приподнялся и шлепнул ладонью по ягодице. - Или отшлепают. Смотря, что напишешь. А если я открою рот - сразу заголосят: "Это ж Пушкин сказал! Правнук поэта!". Вот я и помалкиваю. Моя фамилия - это крест мой...

Он улыбнулся, уголки глаз залучились веселыми морщинками.

- Григорий Григорьевич, - попытался я вставить в разговор свои "три копейки", - а вы сами когда-нибудь стихи писать пробовали?

Пушкин сделал кустистые брови домиком, а губы скобкой, в зрачках - по чертенку.

- Дай сюда, - он придвинул к себе мой пригласительный билет, вынул голубой фломастер и написал на развороте:

Я правнук, а не поэт.

Писать стихи, таланта нет.

Григорий Пушкин

Возвращая мне пригласительный, на наших глазах сделавшийся реликвией, сказал с усмешкой:

- Это все, что я за свою жизнь сочинил.

У стола возник гигант-метрдотель. Он поставил в центр блюдо с салатом-ассорти и запотевшую бутылку "Московской". За ним, по очереди, трое официанток быстро и ловко сервировали стол, поставили перед каждым тарелки с дымящейся мясной поджаркой. Метрдотеля с трудом уговорили присесть за стол и выпить рюмочку за Пушкина Александра Сергеевича, "новорожденного". Глядя на него, трудно было не изумляться: пять минут назад предо мной в дверях стоял грозный вышибала, уверенный в себе, готовый дать заслуженного пинка неурочному и нахальному клиенту, теперь же за столом сидел скромный, почтительный, тихий и смущенный человек с влажным блеском во взоре. Когда провозгласили первый тост за Пушкина, он встал первым. Встали и мы. Выпили, сели. Он не сел.

- Отдыхайте сколько нужно, я не стану мешать, - и отошел к кухонной переборке.

Несколько раз за его широкими плечами маячили официантки, которые пристально всматривались в Григория Григорьевича, сидевшего к ним вполоборота, делали понимающие мордашки и исчезали. Мы попросили Григория Григорьевича оставить автограф этим замечательным людям, но во всем кафе не оказалось чистого листка бумаги. Догадались принести "Книгу жалоб и предложений". Пока ее разыскивали и несли, метрдотель получил персональный автограф на салфетке, которую он положил в нагрудный карман рубашки с нескрываемым благоговением. В книге жалоб запись Григория Григорьевича стала первой и, надо полагать, последней.

Когда мы минут через сорок попросили расчет, гигант-распорядитель крутнул тяжелой головой на бычьей шее:

- Обижаете. Угощение за счет заведения.

Мы выходили цугом на освещенную фонарями Пушкинскую улицу, останавливаясь, как перед лопастью турникета, перед ручищей метрдотеля, протянутой для прощального рукопожатия. Девушки-официантки почетным караулом застыли у кухонной переборки.

Год был, напоминаю, 1983-й от Рождества Христова.

2. Древо пушкинского рода

В апреле 1988 года я оказался на родном Алтае и в Барнауле познакомился с человеком, который заслужил вечную память народную и стал символом подвижничества, освященного любовью к Пушкину. Андрей Андреевич Черкашин - теперь уже человек-легенда на все оставшиеся времена. В одиночку он проделал титаническую работу, невероятную на первый взгляд по объему и результатам: он составил полное родословие Александра Сергеевича Пушкина, которое включило более трех с половиной тысяч имен.

Габариты одноместного номера гостиницы "Центральная" не позволили развернуть во всю ширь гигантских размеров бумажную "простыню", на которой мелким бисером были выписаны имена и годы жизни, соединенные между собой прямыми и пунктирными линиями.

- История пушкинского рода неотъемлема от истории России, - начал Андрей Андреевич.

Впрочем, это было понятно при самом беглом взгляде на схему. Мы как-то привыкли вести отсчет правителей Руси от Рюрика Славянина. Черкашину удалось заглянуть глубже - до Ивара Многославного, погибшего в 720 году в Гардарике. Пушкины - из рода Рюрика, значит, среди его предков (прямых) - Владимир Святой, Александр Невский, Юрий Долгорукий, Ярослав Мудрый... Двенадцать предков поэта канонизированы Русской православной церковью.

Мы заварили чай. Черкашин рассказывал, что его побудило заняться пушкинской родословной, и время от времени, как только разговор возвращал нас к кому-либо из предков поэта, снова обращался к своей удивительной схеме.

- Неужто вы о каждом, кто сюда вписан, можете рассказать? - изумился я.

- Ну, а как же иначе? - засмеялся Андрей Андреевич. - Только об одних больше, о других меньше.

- А что привело вас в Барнаул?

- Так это, считай, моя родина. Сорок семь лет назад я отсюда уходил на фронт. Тут формировался 630-й полк 107-й Сибирской стрелковой дивизии. 25 июня нас погрузили в теплушки, а уже 9 июля в районе Дрогобужа состоялось мое боевое крещение. Потом - война без перерыва, если не считать госпитальных "передышек".

- Вы сказали вначале, что война вас надоумила заняться Пушкиным. Признаться, я подумал, что ослышался...

Черкашин рассмеялся мягким грудным смехом. Видимо, понравился произведенный эффект.

- Ничего не ослышался, все правильно. В декабре сорок первого мы выковыривали немцев из Полотняного Завода. Бой был довольно жестокий.

Когда он закончился - а немцев мы все-таки выбили, - я неподалеку от полуразрушенной усадьбы увидел старичка, который с чудаковатым видом по-хозяйски бродил вокруг нее, сокрушенно покачивая головой. Разговорились, и он мне рассказал, что перед нами - усадьба Гончаровых, что здесь бывал Пушкин, по этим аллеям он бродил с детьми, в этой речке купался. И меня как прошибло: воюю за русскую землю, стою на святом месте, где ступала нога Пушкина, а ничего про это не знаю - спасибо человеку, что просветил. И тогда я поклялся себе: останусь, жив - постараюсь перечитать все о Пушкине. Вот с этой клятвы все и пошло. Еще чайку заварить? - без перехода спросил он.

Тридцать лет он копался в архивах, изучал работы знаменитых пушкиноведов, сличал, перепроверял, анализировал, соединял ниточками кровного родства могучее генеалогическое древо одного из величайших людей России. Восемнадцать раз отстаивал свою работу перед авторитетными комиссиями на уровне академических институтов страны. Внушительная пачка восторженных и почтительных отзывов. Среди подписавших такие фамилии, как Гейченко, Скатов, Палиевский, Иезуитов, Фомичев, Вомперский, Туниманов, Небольсин. Наверное, для матерых пушкинистов, которых можно убедить только железными фактами без какого-либо намека на домысел, психологически трудно было признать правоту "любителя". Тем не менее, признали.

- До войны я работал разметчиком на паровозоремонтном заводе. Однажды, это было в Улан-Удэ, приехал со свитой "железный нарком" Лазарь Каганович - видимо, с проверкой. Мы оставались на рабочих местах, а он с сопровождающими обходил. Встал за спиной. А я в это время делал разметку какой-то детали. Взял чертилку и без лекала, на глаз, выписал контур. Каганович остановил меня: "Ну-ка, давайте проверим размеры!". Мастер, стоявший рядом, побледнел слегка и шепнул: "Ну, Андрюшка, молись". Молиться не пришлось, заслужил благодарность наркома.

Войну Андрей Андреевич закончил офицером, литературного или филологического образования получить не удалось: старые раны, застрявший в шейном позвонке немецкий осколок с вольной периодичностью, но регулярно укладывали его на госпитальную койку. Врачи, видя, что самочувствие фронтовика находится в прямой зависимости от перелопаченных им книг, закрывали глаза на явные нарушения больничного режима. А один врач, восхищенный такой одержимостью, даже дал письменное распоряжение персоналу: "В порядке исключения разрешить больному А. А. Черкашину работать над родословием А. С. Пушкина".

Битва за Полотняный Завод "свела" Черкашина с Пушкиным, а штурм "Наполеоновых ворот" в 1943 году под Смоленском - с прямым предком поэта в 21 -м колене Александром Невским. До этого на краткосрочных офицерских курсах в Тушино он впервые увидел фильм "Александр Невский". Через пару недель, уже на позициях, им раздали противопульные панцири, похожие на древнерусский доспех бахтерец, какой надевали ратники времен Александра Невского. Атака! Черкашин был уже в немецкой траншее, когда ему в грудь, почти в упор, ударила очередь из "шмайссера".

- Швырнуло назад так, что еле устоял на ногах. Вижу - очкастый немец, вжавшись в стенку траншеи, садит в меня с дуэльной дистанции, а пули отскакивают, как горох. Он бросил автомат, а глаза за стеклами очков полны такого нечеловеческого ужаса, что, надо думать, свихнулся. Я даже стрелять по нему не стал, перепрыгнул - и дальше.

Андрей Андреевич прихлебывает остывший чай, улыбается, - наверное, заново переживая ту давнюю картину боя, когда смерть не просто дохнула на него, а подержала в зубах и бросила - живи пока, лейтенант, еще не раз встретимся... Как я узнал позже, за войну Андрей Андреевич был ранен четырежды - и каждый раз нешуточно. До 1962 года скрывал инвалидность от медкомиссий. "Разоблачили" его при попытке поступить в военную Академию, отправили на пенсию. Тогда-то у него появилась возможность отдаться Пушкину целиком. Благодарит судьбу, что поздно открыл для себя труды Модзалевского, Всеволожского, Муравьева и Веселовского, которые также работали над родословием поэта: познакомься он с ними раньше - вряд ли довершил начатое дело, "спугнули" бы авторитеты.

Я напечатал о Черкашине статью в "Алтайской правде". Прочитав ее, барнаульский писатель Юрий Козлов сказал, что ему мальчишкой довелось видеть описанные Черкашиным панцири, это было в послевоенной Нарве. Андрей Андреевич же сетовал, что не обнаружил панцирей ни в одном военном музее, не встретил ни в одном воспоминании фронтовиков.

Дважды мы в паре с ним выступили по линии Бюро пропаганды художественной литературы, и во время первого же выступления он произнес такие слова:

- Я обычно рассказываю на встречах о предках Пушкина, а о его потомках сам Бог велел рассказывать его правнуку - Григорию Григорьевичу Пушкину, который живет и здравствует в Москве.

- А вы с ним встречаетесь? - спросил я Андрея Андреевича в перерыве.

- С Гришей? Ну, а как же! Без него я бы всех потомков вряд ли смог разыскать. Они по всему свету разбросаны. Среди потомков Пушкина есть немцы, французы, англичане, грузины, калмыки, даже китайцы.

Мы условились, что во время моей очередной сессии в Литературном институте Черкашин и Пушкин выступят там. Помнится, это произошло 4 мая того же, 1988 года.

3. Последняя встреча

Обе встречи - с Пушкиным-правнуком и пушкинистом Черкашиным, - к счастью, не оказались последними. В наших дальнейших отношениях с Андреем Андреевичем было несколько весьма примечательных эпизодов, о которых я еще найду возможность рассказать вне рамок этих воспоминаний. Его попытки при жизни издать полное родословие А. С. Пушкина так и не увенчались успехом, хотя высоких порогов он обил превеликое множество. "Перестройка" прежде всего, означала разрушение духовных начал, и Черкашин с его любовью к Пушкину оказался не нужен. К Андрею Андреевичу обращались японцы, посланники европейских государств: мол, давайте вашу рукопись и схему - издадим в момент, еще и гонорар заплатим. Он стоял на своем: Пушкин - русская национальная гордость, и книга о нем должна быть издана впервые в России. А потом переводите ее хоть на язык зулусов, хоть на урду, хоть на латынь и издавайте, где угодно. Наиболее полный вариант родословного древа поэта с комментариями Черкашина вышел в журнале "Слово" (№ 6, 1989 г.) - к 190-летию А. С. Пушкина. Книга же в полном объеме появилась в свет совсем недавно в московском издательстве "Либерея". Станислав Иванович Самсонов, собрав всю издательскую и собственную наличность, сумел выпустить 5 тысяч экземпляров книги "Тысячелетнее древо А. С. Пушкина" в тяжелейший период финансового кризиса.

Можно только предполагать, как эти мытарства по издательствам добивали, сживали со света инвалида-фронтовика. Испил черкашинской крови и "Московский комсомолец", напечатав гнусную статейку о "непрофессионале-любителе", который-де вводит в заблуждение почитателей пушкинского таланта; два "исследователя" выпустили по книжке, использовав труд Андрея Андреевича, ни словом не помянув его при этом, выдав его титаническую работу за свою. Запущенный, как вирус, "рыночный механизм" пожирал изнутри государство, за которое он пролил кровь, народу которого он служил всю жизнь, а половину жизни посвятил гению, ставшему одним из символов России. Ни разу, однако, не видел я его упавшим духом. Это был лучезарный человек, преисполненный сияния и света. Умер он в 1993 году, в день Егория - воина, трех дней не дожив до великого праздника - Дня Победы. Пушкина крестили в Елоховском соборе, Черкашина - там отпевали.

С Григорием Григорьевичем мы изредка встречались, чаще разговаривали по телефону. От Андрея Андреевича, потом от его дочери Ларисы, которая продолжила дело отца, я знал, что Пушкин частенько прибаливает, но держится молодцом. С возрастом здоровье уходило. 19 декабря 1996 года ему исполнилось 83 года. Через неделю я позвонил Григорию Григорьевичу, поздравил с наступающим Новым годом, справился о здоровье.

- Слава, какое "здоровье"! Это тебя я должен о здоровье спрашивать - ты еще молодой. А стариков надо спрашивать только о болезнях - среди них здоровых не бывает. Голос у Пушкина был хрипловатый и слабый, дикция не очень внятная - какая бывает у лежачих больных. Однако ведь еще находит силы пошучивать!.. Впрочем, на этом шутки закончились.

- Я ж совсем один остался после смерти Андрея Андреевича. Дочь Светлана приходит, помогает, уколы делает. Лариса Черкашина наведывается... Видеть я хуже стал. Слышишь?

- Слышу. Чем помочь, Григорий Григорьевич?

- Недавно о тумбочку головой так ударился, что... Словом, ничего хорошего, если откровенно. А помочь мне - ничем не поможешь, мне уже восемьдесят четвертый год пошел...

- Мой прадед сто три года прожил, а прабабка - больше девяноста. Есть на кого равняться.

- Вот ты на них и равняйся. А я и так всех своих пращуров переплюнул по долгожительству.

- Давайте я подъеду к вам, что-нибудь на месте придумаем.

- Так приезжай! Только учти: на моих стульях надо сидеть умеючи - упасть можно. И на стол облокачиваться не рекомендую - опасно для жизни.

- И для стола.

- Ну да, - он посмеялся через кашель.

Договорились, что я приеду к нему в канун Рождества Христова, - может, и не один. Я положил трубку с тревожным чувством. Посидел, подумал. Потом набрал номер Германа Стерлигова - известного в первые годы "реформ" молодого миллионера, чья собака Алиса представляла одно время рекламный ролик его фирмы с одноименным названием. Я знал, что Стерлигов недавно был избран предводителем Московского дворянского собрания. Между нами произошел такой диалог.

- Герман Львович, как могло случиться, что вы забыли русского столбового дворянина, прямого потомка Гостомысла и Рюрика, Владимира Святого и Александра Невского, Юрия Долгорукого и Владимира Мономаха? Каждый из его предков сделал для Отечества немало, сам он проливал кровь за Родину, но сейчас он стар, болен и беспомощен.

- Вячеслав, вы шутите! Каждого из московских дворян я знаю поименно, и мы помним о них.

- Тем не менее, вы забыли о правнуке Пушкина Александра Сергеевича, который был дворянином, Рюриковичем. Правнука звать Григорий Григорьевич Пушкин.

- Может быть, все-таки праправнук?..

- Нет, праправнук - Пушкин Александр Григорьевич - умер в августе 1992 года, не оставив потомства. А правнук, отец его, единственный прямой потомок Пушкина по мужской линии, жив. Но не здоров. О нем я и веду речь. После короткой паузы:

- Не мо-ожет быть!..

- Китайцы говорят: в мире нет ничего такого, чего могло бы не быть. Давайте встретимся, я все расскажу подробно.

Встреча состоялась на другой день.

Вечером того же дня я приехал в редакцию журнала "Наш современник", где члены редколлегии в кабинете главного редактора досрочно встречали Новый год. Свой тост я закончил словами:

- Лет десять назад присутствующий здесь Валентин Григорьевич Распутин сказал замечательные слова о том, что нас испортил ритм современной жизни. Для близкого мы готовы пожертвовать вещами, деньгами - чем угодно, но только не личным временем. Друзья, давайте пожертвуем личным временем и навестим больного Григория Григорьевича Пушкина. Он одинок и болен.

Распутин сразу извинился, что не сможет - у него на руках билет до Иркутска. Другие попросили напомнить с утра в день визита телефонным звонком.

5 января 1997 года почти все, кого мне удалось "достать" по телефону, сослались на грипп. И правда: полчаса назад радио сообщило, что в столичных аптеках пропал дибазол, а главное - едва ли не треть москвичей стали жертвами эпидемии.

В три часа пополудни мы встретились с Германом Стерлиговым и на его джипе отправились на улицу Маршала Тухачевского. В машине я попросил Германа Львовича в разговоре с правнуком не упирать на его дворянское происхождение.

- Почему?

- Не любит он этого.

Мы прибыли первыми из гостей. Приемная дочь Светлана хлопотала на кухне. Григорий Григорьевич провел нас в свою комнатку-кабинет, сел на кровать. Рядом с изголовьем - злополучная тумбочка, на ней горка лекарств, стакан с водой, очки. Видно было, что старость и болезни забирают у него последние силы. Он сидел на кровати во фланелевой ковбойке в синюю клетку, скрестив худые руки на коленях. Сам худощавый, высохший, передвигается по квартире осторожными мелкими шагами, горбится. Левая сторона лица - от скулы до виска - обезображена темно-фиолетовым синяком, но опухоль уже сошла, и синяк остался как большое родимое пятно.

- Кто на кого набросился, Григорий Григорьевич, - вы на тумбочку или она на вас? Если она - то это первый случай нападения мебели на человека, - попытался я пошутить, не зная, как он отреагирует. Пушкин взглядом и уголками губ отозвался на шутку.

- Я напал, я. Вставал с кровати - и что-то повело... Я представил Стерлигова. Герман Львович почтительно поклонился, сказал небольшой спич, вручил Григорию Григорьевичу два номера журнала "Русское дворянство" и конверт с N-ной суммой денег:

- Это вам, потомку великого рода. Считаю своим долгом. Пушкин веером пролистнул журналы, вслух прочел название, поблагодарил. Стерлигов коротко рассказал о Московском дворянском собрании и пригласил родовитого собеседника при удобном случае его посетить.

- Спасибо. Только какой я дворянин, - спокойно ответил Григорий Григорьевич. - Это уже не мое, это - в прошлом. Да и не хожу я давно никуда. Недавно вон приходит повестка из райвоенкомата: пишут, что я как участник войны награжден юбилейной медалью маршала Жукова и просят явиться за медалью. Светлана нашла мне телефоны этого военкомата - звоню. Ребята, говорю, мне уже за восемьдесят, я скоро два года как в булочную не выхожу из дому. Может, направите кого-нибудь ко мне с этой медалью? А вы, отвечает, как-нибудь, как-нибудь. У нас рассыльных нету, а медаль, мол, все-таки вам нужна, а не нам...

Он качнул головой, хмыкнул, посмотрел на нас поочередно.

- Да ничего, говорю, мне уже не нужно. Оставьте ее себе, раз такое дело. Пришла Лариса Черкашина, за ней Семен Иванович Шуртаков. Стерлигов взглянул на часы, извинился и стал прощаться. Под руководством Григория Григорьевича мы собрали раздвижной стол. Стол был с "секретом". Добиваясь его устойчивости, мы подсовывали, подкладывали, подпирали и расклинивали, орудуя целым набором деревяшек. Когда на столе появилась миска дымящейся картошки, закуски и вино, появился киноактер Юрий Назаров, народный артист России. Ему, абсолютному трезвеннику, по иронии судьбы довелось сыграть роль папы - алкаша в "Маленькой Вере". Мы налили себе сухое и шампанское. Юрий Владимирович - сок. Пушкин заметно оживился и даже повеселел. Шутил, улыбался - рад был гостям, рад застолью, беседе.

Вспоминали поездки в Ленинград, Михайловское, Болдино, выступления в ЦДЛ, приезд в Россию британских потомков - Александры, Мариты и Фионы, праправнучек Пушкина. Заговорили, было о родстве Григория Григорьевича с английским королевским домом, но он перевел разговор на другое:

- На днях получил письмо из Великобритании - собирается приехать (не упомню кто: не то герцогиня Аберкорн, не то герцогиня Вестминстер - обе прапрапра... - В. М.) в гости. Вот и ломаю голову: как я посажу их за этот стол и на эти стулья?..

Он исподлобья посмотрел на нас, обвел взглядом старые обои, оконные шторы. По правде, говоря, мы не знали, что ответить.

- Может быть, письмо направить в правительство? Коллективное! - подал голос Семен Иванович. - Соберем подписей сколько нужно...

- Академик Лихачев уже писал президенту обо мне, - усмехнулся правнук, давая понять, что тему можно не развивать.

- О, Григорий Григорьевич, чуть не забыл! - Мне захотелось разбавить общую неловкость чем-нибудь приятным. - Вам передают приветы Гусев, Куняев и Распутин. А Геннадий Михайлович еще велел передать, что в ближайшем номере "Роман - газеты" будет печататься глава из книги Ильи Глазунова "Единственный прямой наследник Пушкина" - о вас. Гусев - редактор его книги "Россия распятая".

- А, да, был Глазунов у меня в гостях, - кивнул Григорий Григорьевич. - А Распутин-то пишет что-нибудь? Давно о нем ничего не слыхал.

Семен Иванович взялся рассказывать о последних публикациях Валентина Распутина. Пушкин внимательно слушал, кивал головой.

- Григорий Григорьевич, а помните, когда я в Пскове сказал, что в СССР не каждый знает, кто такой Иисус Христос, зато каждому известно, кто такой Пушкин, - вспомнил Юрий Назаров, - как владыку, который рядом с вами стоял, перекорежило всего! А один монах аж задохнулся от возмущения, перекрестился и так ушел, крестясь.

- Нехорошо-о, нехорошо, конечно, - по-нижегородски "окая", протянул Шуртаков.

- А что, разве не так было? - вскинул брови Назаров.

Григорию Григорьевичу это воспоминание доставило явное удовольствие - глаза заблестели, улыбка долго не сходила с лица. Я заметил, что когда речь заходила о Пушкине, в его умных серо-синих глазах появлялся живой сосредоточенный блеск, глаза молодели. Меняли тему - сразу взор "отмякал".

Мы пробыли у Пушкина около трех часов, оставляя его повеселевшим, распрямившимся. На прощание шутливо поспорили с ним, чья картошка вкуснее - "пушкинская" или "морозовская". Картошку "по-пушкински" Светлана отваривала до рассыпчатости, поливала маслицем и посыпала резаным укропом. Горячая - она была просто объедение. Спорить было не о чем, но мне хотелось под благовидным предлогом забросить правнуку рюкзачок картошки в порядке, так сказать, "гуманитарной помощи".

Сделать этого я не успел. Не "доспорили"...

***

В начале лета Григорий Григорьевич съездил в санаторий в Конаково (Тверской области) вместе с Вульфом Дмитрием Алексеевичем, который тоже состоит в родственных связях с Пушкиным - по линии Ржевских. Не понравилось. На мой телефонный вопрос "Как отдохнули?" ответил:

- По мне не санаторий, а крематорий плачет.

Все же Лариса Черкашина достала ему другую путевку - в санаторий в Михайловском.

- Не поеду, далеко!

- Да это другое Михайловское, под Москвой.

Сбежал оттуда раньше срока. За свою долгую жизнь не научился отдыхать в санаторных условиях.

14 октября, в день Покрова, его положили в больницу для ветеранов, что в Медведково. 17 октября 1997 года Григория Григорьевича не стало.

"Бывают странные сближенья", - писал А. С. Пушкин. Жизнь еще раз напомнила нам об этом. Поэт был ранен на дуэли в среду, а в пятницу скончался. В среду же его правнуку сделали операцию, а в пятницу он умер. Писатель Николай Черкашин, сын пушкиниста, также подметил: "Пушкин родился в четверг, в мае, Черкашин (Андрей Андреевич. - В. М.) умер в четверг в мае; Пушкин крестился в Елоховском соборе, Черкашина там отпевали. Жизнь поэта отмерена 37-ю годами, его генеалога - в зеркальном отражении - 73-мя".

... Уже после похорон Григория Григорьевича Валентин Распутин признался:

- Как я жалею, что не сдал билет и не поехал тогда с вами к Пушкину. Все думалось - успею, успею. А ведь если вдуматься, для нас эта утрата - все равно, что смерть Пушкина для его современников... Надо полагать, так оно и есть.

Вячеслав МОРОЗОВ

Банду «Черная кошка» поймал правнук Пушкина

Настоящим Горбатым в «Черной кошке» был московский семиклассник Володя Колганов.

Милиционеры открыли тайну шайки, злодейства которой легли в основу сценария культовой ленты «Место встречи изменить нельзя»

В конце прошлой недели в музее истории московской милиции открылась новая выставка. Среди прочих экспонатов - документы дела о банде «Черная кошка», реально существовавшей в послевоенной Москве. Оказывается, члены легендарной шайки были вовсе не матерыми уркаганами, как в шедевре Говорухина, а подростками-беспризорниками. И возглавлял их не грозный вор Горбатый, а семиклассник Володя Колганов.

А поймал малолетних грабителей, наводивших ужас на целый город, правнук... великого поэта - Григорий Григорьевич Пушкин. До этого считалось, что потомок классика работал после Великой Отечественной войны в типографии газеты «Правда». Но из документов следует, что в 1940 году он стал оперуполномоченным Уголовного розыска Октябрьского райотдела столичной милиции. В 1941 году он ушел на фронт добровольцем в партизанский отряд, а в 1946 году вернулся на работу в МУР. Тогда-то он и раскрыл многочисленные преступления «Черной кошки».

ОГЛАВЛЕНИЕ

Город Покров

Указ Государыни Императрицы Екатерины II "Об учреждении Владимирского Наместничества."

Топономика Покровского края

Антониева пустынь

О Петушинском районе

Марково

Шмаков Василий Матвеевич

Константин Шмаков

Василий Кузнецов

Виктор Талалихин

Пушкин Григорий Григорьевич, правнук

«Родину любят не за то, что она велика, а за то что она своя.»

Сенека, римский писатель, философ (65 н.э.)

Город Покров.

Полное собрание Законов Российской Империи.

Том ХХ

С 1775 по 1780.

ОТ № 14233 до 15105

Санкт-Петербург 1830

Царствование Государыни Императрицы Екатерины II

Некоторые исследования по топонимике Покровского края.

Антониева пустынь

МАРКОВО

с.Марково

Церковь Казанской иконы Божией Матери

Шмаков Василий Матвеевич

КОНСТАНТИН ШМАКОВ

КУЗНЕЦОВ ВАСИЛИЙ

ВИКТОР ТАЛАЛИХИН

Как я чуть не оказался в родственниках рода А.С.Пушкина.

ПУШКИН ГРИГОРИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ,правнук

Банду «Черная кошка» поймал правнук Пушкина

ОГЛАВЛЕНИЕ

Город Покров

Указ Государыни Императрицы Екатерины II "Об учреждении Владимирского Наместничества."

Топономика Покровского края

Антониева пустынь

О Петушинском районе

Марково

Шмаков Василий Матвеевич

Константин Шмаков

Василий Кузнецов

Виктор Талалихин

Пушкин Григорий Григорьевич, правнук

«Родину любят не за то, что она велика, а за то что она своя.» Сенека, римский писатель, философ (65 н.э.)

Город Покров.

Полное собрание Законов Российской Империи.

Том ХХ

С 1775 по 1780.

ОТ № 14233 до 15105

Санкт-Петербург 1830

Царствование Государыни Императрицы Екатерины II

Некоторые исследования по топонимике Покровского края.

Антониева пустынь

МАРКОВО

с.Марково

Церковь Казанской иконы Божией Матери

Шмаков Василий Матвеевич

КОНСТАНТИН ШМАКОВ

КУЗНЕЦОВ ВАСИЛИЙ

ВИКТОР ТАЛАЛИХИН

Как я чуть не оказался в родственниках рода А.С.Пушкина.

ПУШКИН ГРИГОРИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ,правнук

Банду «Черная кошка» поймал правнук Пушкина

«Родину любят не за то, что она велика, а за то что она своя.»

Сенека, римский писатель, философ (65 н.э.)